Книга Сага о Рейневане - Башня шутов. читать онлайн бесплатно

— Ничто не связывает, — спокойно подтвердил злотник Фридман. — Я хорошо знаю это от сына, который в то время тоже обучался в Праге.

— Прекрасно получилось, — добавил бургомистр Захс, — что Рейневан вернулся в Силезию, и еще лучше, что к нам, в Олесьницу, а не в Зембицкое княжество, где его брат рыцарски служит князю Яну. Это хороший, разумный, хоть и молодой парень, а в траволечении столь умелый, что таких еще поискать. Жене моей чирьяки, которые у нее, стал-быть, там, ну, на теле появились, вылечил, а дочку от постоянного кашля освободил. Мне для глаз, которые слезились, дал отвар. Прошло, как рукой сняло...

Бургомистр замолк, закашлялся, засунул руки в обшитые мехом рукава делии. Ян Гофрихтер быстро глянул на него и заявил:

— Таким образом, наконец-то у меня посветлело в голове. Я имею в виду Рейневана. Теперь я знаю все. Хоть и незаконнорожденный, но кровь пястовская. Сын епископский. Любимец князей. Родственник Ностицей. Племянник схоластика вроцлавской колегиаты. Сыновьям богатеев — товарищ по учебе. К тому же, будто всего этого мало, успешно практикующий медик, чуть ли не чудотворец, ухитрившийся заработать благорасположение власть имущих. А от чего же это он вылечил вас, преподобный отец Якуб? От какого, любопытствую, недуга?

— Недуги, — холодно ответил плебан, — не тема для обсуждения. Так что скажу без подробностей: вылечил.

— Такого человека, — добавил бургомистр, — нельзя травить. Жаль, если такой погибнет от кровной мести только потому, что однажды забылся, очарованный парой прекрасных, стал-быть, глазок. Так пусть же продолжает служить обществу. Пусть лечит, коли умеет...

— Даже, — фыркнул Гофрихтер, — используя пентаграмму на полу?

— Ежели это лечит, — серьезно сказал Галль, — ежели помогает, ежели успокаивает боль, то даже. Такие способности — дар Божий. Господь одаряет ими по своей воле и по ему одному известному намерению. Spiritus flat, ubi vult*. [Дух веет, где хочет (лат.).] Пути Господни неисповедимы.

— Аминь, — подсуммировал бургомистр.

— Короче говоря, — не сдавался Гофрихтер, — такой человек, как Рейневан, виновным быть не может? Об этом речь? Э?

— Кто невинен, — ответствовал с каменным лицом Якуб Галль, — пусть первым бросит камень. А Бог всех нас рассудит.

Некоторое время стояла тишина, настолько глубокая, что слышен был шелест крыльев ночных бабочек, бьющихся в окна. Со Свентоянской улицы донесся протяжный и певучий голос городского стражника.

— Итак, подводим итог. — Бургомистр выпрямился за столом так, что уперся в него животом. — Балаган в граде нашем Олесьнице устроили братья Стерчи. В материальном уроне и телесных повреждениях, возникших на рынке, виноваты Стерчи. В потере здоровья и, не приведи Господи, смерти его преподобия приора Штайнкеллера виноваты братья Стерчи. Они, и только они. Случившееся с Никласом фон Стерча было, стал-быть, прискорбной случайностью. Так я и изображу события князю, когда он вернется. Все согласны?

— Согласны.

— Consensus omnium.* [Общее согласие (лат.).]

— Concordi voce*. [Согласие голосов (лат.).]

— А если Рейневан где-нибудь объявится, — добавил после минутного молчания плебан Галль, — то я советую господам тихо изловить его и запереть. Здесь, в карцере нашей ратуши. Ради его же собственной безопасности. Пока все не уляжется.

— Хорошо бы, — добавил Лукас Фридман, рассматривая перстни, — сделать это побыстрее. Прежде чем обо всем узнает Таммо Стерча.

Выходя из ратуши прямо во мрак улицы Светоянской, купец Гофрихтер уголком глаза уловил движение на освещенной луной стене башни — передвигающийся нечеткий силуэт немного пониже окон городского трубача, но повыше окон комнаты, в которой только что окончился совет. Взглянул, заслонив глаза от мешавшего видеть света фонаря, который нес слуга. «Какого черта, — подумал он и тут же перекрестился. — Что это там лазит по стенам? Филин? Сова? Летучая мышь? А может... »

Гофрихтер вздрогнул, перекрестился снова, по самые уши натянул куний колпак, закутался в шубу и прытко двинулся в сторону своего дома.

Поэтому так и не увидел, как большой стенолаз* [Птица семейства пищуховых (Tichodroma muraria).] распростер крылья, спустился, спорхнув с парапета, и беззвучно, словно дух, будто ночной призрак, понесся над крышами города.