Книга Сага о Рейневане - Башня шутов. читать онлайн бесплатно

Рейневан поцеловал Адель в бедро, а потом, воодушевленный пением монахов, вдохнул поглубже и погрузился в нард и шафран, в аир и корицу, в мирру и алой с лучшими ароматами*. [почти точный пересказ 14-го стиха 4-й главы «Песни Песней» Соломона] Напружинившаяся Адель протянула руки и впилась ему пальцами в волосы, мягкими движениями бедер помогая его библейским начинаниям.

— Ox, ooooox... Mon amour. Mon magicien*. [Мой волшебник (фр.).] Божественный мальчик... Чародей...

Qui confidunt in Domino, sicut mons Sion

non commovebitur in aeternum,

qui habitat in Hierusalem...

«Уже третий псалом, — подумал Рейневан. — Как же летят мгновения счастья».

— Reververe* [Повернись (фр.).], — промурлыкал он, опускаясь на колени. — Повернись, повернись, Суламиточка...

Адель повернулась, опустилась на колени и наклонилась, крепко ухватившись за липовые доски изголовья и подставив Рейневану всю обольстительную прелесть своего реверса. Афродита Каллипига — подумал он, приближаясь к ней. Античная аналогия и эротическая картинка сделали свое дело: приближался он не хуже недавно упомянутого святого Георгия, атакующего дракона направленным копьем. Стоя на коленях позади Адели, будто царь Соломон за одром из дерева ливанского, он обеими руками ухватил ее за виноградинки Енгедские*. [Там же, 1, 13.]

— С кобылицей в колеснице фараоновой* [Там же, 1, 8.], — прошептал он, наклонившись к ее шее, прекрасной, как столп Давидов*. [Там же, 4, 4.] — Я уподоблю тебя, возлюбленная моя.

И уподобил. Адель крикнула сквозь стиснутые зубы. Рейневан медленно провел руками вдоль ее мокрых от пота боков, взобрался на пальму и ухватился за ветви ее, отягощенные плодами. Бургундка откинула голову, как кобыла перед прыжком через препятствие.

Quia поп relinquet Dominus vergam peccatorum.

Super sortem iustorum

ut non extendant iusti

ad iniquiatem manus suas...

Груди Адели прыгали под руками Рейневана, как два козленка-двойни серны. Он подложил вторую руку под ее гранатовый сад.

— Duo... ubera tua, — стонал он, — sicut duo... hinuli capreae gemelli... qui pascuntur... in liliis... Umbilicus tuus crater... tornatilis numquam... indigens poculis... Venter luus sicut acervus... tritici vallatus liliis...

— Ax... aaaax... aaaax, — поддерживала контрапунктом бургундка, не знающая латыни.

Gloria Patri, et Filio et Spiritui sancto.

Sicut erat in principio, et nunc, et semper

et in saecula saeculorum, Amen.

Alleluia!

Монахи пели. А Рейневан, целующий шею Адели фон Стерча, ошалевший, очумевший, мчащийся через горы, скакавший по холмам, saliens in montibus, transiliens colles, был для любовницы словно юный олень на горах бальзамовых. Super monies aromatum.

Дверь распахнулась от удара с таким с грохотом и силой, что, сорвавшись с петель, вылетела в окно. Адель тоненько и пронзительно взвизгнула. А в комнату ворвались братья Стерчи. Сразу было ясно: это отнюдь не дружеский визит. Рейневан скатился с кровати, отгородившись ею от незваных гостей, схватил одежду и торопливо принялся натягивать на себя. Это частично удалось, но только потому, что лобовую атаку братья Стерчи направили на невестку.

— Ах ты проститутка! — зарычал Морольд фон Стерча, выволакивая голую Адель из постели. — Ах ты тварь паскудная!

— Ах ты дрянь развратная! — подхватил Виттих, старший брат. Вольфгер же, второй по возрасту после Гельфрада, даже не раскрыл рта, смертельная ярость лишила его дара речи. Он ударил Адель по лицу. Бургундка вскрикнула. Вольфгер ударил снова, на этот раз наотмашь.