Книга Сага о Рейневане - Божьи воины читать онлайн бесплатно

В Шёнау Рейневан поехать не мог. Слишком велик был риск. Вернулся в Гдземеж в сумерки. А наутро ему пришлось распрощаться с Йоном Малевольтом, мамуном?анархистом.

— А не остаться ли тебе, с нами, — спросил он мамуна, когда тот выводил из конюшни свою косматую коняшку. — Не вступить ли с нами в союз? То, в чем ты помогал Тибальду, имеет естественные последствия. Ты не хотел бы принять в них участия?

— Нет, Рейневан, не хотел бы.

— Но ведь ты утверждал, что стоишь за революцию, что поддерживаешь порывы. Что пора изменить старый порядок, сдвинуть с основ глыбу мира. Оставайся с нами. Мы изменим порядок, а глыбу мира, поверь, крепко тряханем. В любой момент...

— Знаю, — прервал Малевольт, — что начнется в любой момент. Я прислушивался к вашим разговорам, глядел в ваши глаза, когда вы говорили о войне. Я всем сердцем за революцию и за анархию, всей душой поддерживаю движение и перемены. Однако не рискну принять личное участие в этом процессе. В революционной борьбе за изменения изменяешься сам. Необходима большая сила, чтобы сдержаться, не превратиться в... Во что?то, во что превращаться не следует. Я не уверен в своих силах и самоконтроле. Поэтому предпочитаю отойти в сторонку. Баста! Но вам... Тебе... Желаю успеха. Прощай, Рейневан.

Мамун покинул их, но кое?что от себя оставил. Спустя несколько дней Рейневан увидел Самсона Медка, разучивающего на гумне удары и тычки гёдендагом, окованной фламандской палкой. Самсон и Малевольт, пришедшиеся по душе друг другу, часами резались в карты и кости, так что гёдендаг мог быть выигрышем в игре. Мог это быть и подарок, презент на прощание.

Рейневан не спрашивал.

В день святого Винцентия, праздника почитаемого в Силезии сопокровителя вроцлавского кафедрального собора, в Гдземеж явился голиард Тибальд Раабе. Похоже, он обошел всех своих информаторов, потому что наконец привез вести из Чехии. Колин, сказал он, наконец капитулировал. После восьмидесяти четырех дней осады, во вторник перед святым Фомой, пан Дзивиш Божек из Милетинка сдал город при условии свободного выхода гарнизона. Прокоп условие принял. Он устал от осады. И планировал другое.

— Прокоп, — докладывал голиард, — уже мобилизует Табор, сирот и пражан. Рейд в Венгрию — верняк.

Тибальд уехал снова. Его не было очень долго, до самого воскресенья Invocavit* [Шестое воскресенье перед Пасхой], когда он вернулся. С новыми сведениями. Как и ожидалось, войско под командованием Прокопа и Ярослава из Буковины ударило на Угерский Брод, а оттуда на мадьярские земли. Были захвачены и сожжены одна за другой Сеница, Скалица, Орешаны, Модра, Пезинок и Юр, а в Попельную среду, восемнадцатого января, чехи подошли к самому Пресбургу, пустили с дымом пригороды и все окружающие села. С телегами, полными трофеев, двинулись в обратный путь. Прошли, вызывая ужас у жителей, мимо Трнавы и Нового Мяста над Вагом. Никто не отважился преградить им дорогу или вступить с ними в бой.

— А в Мораву, — многозначительно продолжал Тибальд, — тем временем прибыли из Чехии сильные подкрепления. Боевые отряды из Нимбурка, Сланого, Уничева и Бжеслава.

— Стало быть, — свергнул зубами Бисклаврет, — очередь за Силезией.

— Пришло наше время, — кратко заметил Дроссельбарт. — Готовимся.

— Готовимся, — эхом повторил Урбан Горн.

Они готовились. Днями и ночами сидели над картами, планировали. Бисклаврет и Жехорс выехали, взяв с собой вьючных лошадей, и через два дня вернулись с грузом, большим и побрякивающим. На глаз в нем было несколько десятков гривен.

Рейневан снова съездил в Белую Церковь, но и на этот раз Ютты в монастыре на застал. Получалось, что зима снова разлучила только что соединившихся любовников.