Загрузка...
Изменить размер шрифта - +

Та побежала в кладовую, а я вышла из молочной, спустилась с крыльца и направилась к каменной скамье возле задней двери. Солдат тут же последовал за мной и прямо-таки рухнул на скамью — было заметно, что он страшно измучен долгой дорогой и очень голоден. Я же осталась стоять и ждала, пока не вернулась служанка и не опустила к его ногам тарелку с едой; он тут же подхватил тарелку и прямо руками принялся запихивать угощение в рот. Он ел, словно изголодавшийся пес, без всякого достоинства, но, как только покончил с едой и осушил большую кружку эля, я немедленно возобновила допрос.

— Где ты впервые ее видел?

— Ах, — вздохнул он и с некоторым сожалением вытер рот рукавом. — Мы осадили французский город, который называется Орлеан, и не сомневались в победе — мы тогда одерживали их одну за другой. К тому же у нас на вооружении имелся большой лук, какого у них не было, так что мы могли запросто срезать их со стен, для нас это было все равно что сбивать бочки на стрельбище. Я тоже был среди лучников… — Он вдруг запнулся, словно устыдившись своей похвальбы, и поправился: — Ну, то есть я стрелы делал. Но наши лучники выигрывали для нас одно сражение за другим…

— Это все неважно. Что там насчет Жанны?

— Так о ней и речь. Но тебе, маленькая госпожа, надобно уяснить, что у них, у французов, не было ни малейшего шанса на победу. Куда более мудрые и храбрые воины, чем Жанна, отлично понимали, что проиграли. Да они каждое сражение проигрывали…

— А она? — прошептала я.

— Она настаивала, что слышала голоса. Якобы ангелы велели ей отправиться к тому французскому принцу — вообще-то он был полным ничтожеством, пустышкой, — и заставить его взойти на трон и сделаться королем, а потом, собравшись с силами, изгнать нас, англичан, из наших же владений во Франции. И ведь она действительно сумела добраться до этого принца! Сказала ему, что он должен принять королевскую корону, а ее поставить во главе французской армии. Ну, дофин, наверно, и решил: а что, если девица и впрямь обладает даром провидения? Хотя, конечно, сомнения у него имелись. Впрочем, терять ему было нечего. Тем более что очень многие в эту Жанну поверили, особенно воины. Она хоть и была самой обыкновенной деревенской девчонкой, но носила мужское платье и рыцарские доспехи, и у нее было собственное знамя с вышитыми на нем лилиями и ангелами. А еще она отправила в одну церковь человека, точно указав ему, где спрятан меч какого-то знаменитого крестоносца, и этот меч действительно нашли, причем именно там, где она указала. Меч, никем не обнаруженный, пролежал в церкви много-много лет.

— Все действительно так и было?

Солдат хрипло рассмеялся, закашлялся и сплюнул комок мокроты.

— Кто его знает? Может, и есть в том доля правды. Моя-то знакомая шл… то есть та француженка… так вот, она считала эту Жанну святой и все повторяла: «Сам Господь призвал ее спасти нашу Францию от англичан» — ей казалось, что Жанну ничем нельзя сразить, даже мечом, поскольку она, ну, как маленький ангел.

— А какая она была, эта Жанна?

— Да обыкновенная девушка, вроде тебя. Маленькая, ясноглазая. И сразу видно, что себе на уме.

Сердце у меня чуть не выпрыгнуло из груди.

— Вроде меня?

— Очень даже похожа.

— Неужели и ей тоже все время указывали, как поступить? Укоряли, что она ничего не понимает?

Он покачал головой:

— Нет-нет, это она всеми командовала! И действовала по своему разумению. Я же говорю, она была очень даже себе на уме. И хорошо знала, что именно должна сделать. Она возглавила армию более чем в четыре тысячи человек и обрушилась на нас совершенно неожиданно, когда мы расположились лагерем у стен Орлеана и приготовились к осаде.

Загрузка...
Быстрый переход