Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Тогда написанные Части "Архипелага" и материалы для других Частей
разлетелись в разные стороны и больше не собирались вместе: я боялся рисковать, да еще при всех собственных именах. Я все выписывал для памяти,
где что проверить, где что убрать, и с этими листиками от одного места к другому ездил. Что ж, вот эта самая судорожность и недоработанность -
верный признак нашей гонимой литературы. Уж такой и примите книгу.
     Не потому я прекратил работу, что счел книгу оконченной, а потому, что не осталось больше на нее жизни. Не только прошу я о снисхождении,
но крикнуть хочу: как наступит пора, возможность - соберитесь, друзья уцелевшие, хорошо знающие, да напишите рядом с этой еще комментарий: что
надо - исправьте, где надо - добавьте (только не громоздко, сходного не надо повторять). Вот тогда книга и станет окончательной, помоги вам Бог.
     Я удивляюсь, что я и такую-то кончил в сохранности, несколько раз уж думал: не дадут.
     Я кончаю ее в знаменательный, дважды юбилейный год (и юбилеи-то связанные): 50 лет революции, создавшей Архипелаг, и 100 лет от изобретения

колючей проволоки (1867).
     Второй-то юбилей, небось, пропустят...

     27.4.58-22.2.67
     Рязань -- Укрывище

И еще после

     Я спешил тогда, ожидая, что во взрыве своего письма писательскому съезду если и не погибну, то потеряю свободу писать и доступ к своим
рукописям. Но так с письмом обернулось, что не только я не был схвачен, а как бы на граните утвердился. И тогда я понял, что обязан и могу
доделать и доправить эту книгу.
     Теперь прочли ее немногие друзья. Они помогли мне увидеть важные недостатки. Проверить на более широком круге я не смел, а если когда и
смогу, то будет для меня поздно.
     За этот год что мог - я сделал, дотянул. В неполноте пусть меня не винят: конца дополнениям здесь нет, и каждый чуть-чуть касавшийся или
размышлявший, всегда добавит - и даже нечто жемчужное. Но есть законы размера. Размер уже на пределе, и еще толику этих зернинок сюда втолкать -
развалится вся скала.
     А вот что выражался я неудачно, где-то повторился или рыхло связал - за это прошу простить. Ведь спокойный год все равно не выдался, а
последние месяцы опять горела земля и стол. И даже при этой последней редакции я опять ни разу не видел всю книгу вместе, не держал на одном
столе.
     Полный список тех, без кого б эта книга не написалась, не переделалась, не сохранилась - еще время не пришло доверить бумаге. Знают сами
они. Кланяюсь им.

     Рождество-на-Истье
     Май 1968

Быстрый переход