Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Но как бы ни старалась вспомнить хоть что-то, прошлое оставалось утраченным для нее.

В тот ужасный день, когда украла для сестер те шкатулки, она пообещала самой себе, что однажды разузнает правду о том, кто она, и непременно обретет свободу.

Когда сестра Улисия постучала в третий раз, изнутри донесся приглушенный голос.

– Слышу! – Голос принадлежал мужчине. Босые ноги тяжело ступали по деревянным ступеням. – Уже спускаюсь! Пожалуйста, подождите минуту!

Раздражение тем, что он оказался разбужен посреди ночи, явно пробивалось сквозь вынужденное почтение к потенциальным клиентам.

Сестра Улисия обратила сердитый взгляд на Кэлен:

– Ты знаешь, что у нас здесь есть дело, – и подняла предостерегающе палец перед ее лицом. – Даже и не думай устроить нам какую-нибудь пакость, ибо испытаешь то же самое, что было в последний раз.

Кэлен сдержалась, выслушав это напоминание.

– Да, сестра Улисия.

– Надеюсь, Тови заказала нам комнату, – недовольно заявила сестра Цецилия. – Не хотелось бы услышать, что все места заняты.

– Комната будет, – успокаивающе заверила сестра Эрминия, зная привычку Цецилии предполагать самое худшее.

Сестра Эрминия не так стара, как сестра Цецилия, но почти так же красива, как сестра Улисия. Хотя, с точки зрения Кэлен, их облик, при знании их внутренней сущности, не имел никакого значения. На взгляд Кэлен, они были просто злобные гадюки.

– Если нам понадобится, – добавила едва слышно сестра Улисия, не сводя глаз с двери, – комната точно будет.

Молния заискрилась по зеленоватому небу, вспарывая облака и высвобождая оглушительные раскаты грома.

Дверь приоткрылась. Проступило скрытое в тени лицо мужчины, оглядывающего их и продолжающего застегивать под ночной рубашкой брюки. Он слегка подвигал головой из стороны в сторону, чтобы получше рассмотреть незнакомцев. Посчитав их неопасными, он распахнул дверь и пригласил их внутрь.

– Прошу вас, – сказал он. – Проходите все.

– Ну, кто там? – окликнула женщина, почти спустившаяся по лестнице. В одной руке она держала лампу, а другой придерживала подол ночной рубашки, чтобы не споткнуться, шагая по ступеням.

– Четыре женщины, забредшие к нам в дождливую полночь, – ответил мужчина, и грубоватый тон подсказывал, какого мнения он о такой клиентуре.

Кэлен застыла на середине шага. Он сказал: «четыре женщины».

Он увидел их всех четырех и запомнил достаточно надолго, чтобы сказать об этом. Если ей не изменяла память, ничего подобного никогда раньше не случалось. Никто, кроме ее хозяек, четырех сестер Тьмы – трое из которых были рядом, а на встречу с четвертой они и пришли, – не мог хоть на сколько-нибудь запомнить, что видел ее.

Сестра Цецилия, шедшая за Кэлен, подтолкнула ее, возможно не уловив смысла сделанного замечания.

– Ну, так ради бога, – сказала женщина, торопливо проходя между двух дощатых столов. В окна под порывами ветра барабанил дождь. – Позволь же им войти, Орлан, избавь их от этой ужасной погоды.

Поток крупных дождевых капель проник вместе с ними в дверь, залив водой близлежащую часть соснового пола. У мужчины даже перекосился рот, когда он с усилием прикрывал дверь, преодолевая сопротивление порывов ветра, а затем он сунул в скобы тяжелый железный засов, запирая ее.

Женщина, волосы которой были собраны в неплотный пучок, чуть подняла лампу, разглядывая полуночных гостей. Озадаченная, она прищурилась, в то время как ее взгляд проскользил по вымокшим насквозь посетителям, сначала в одну сторону, потом в другую. Она открыла было рот, но потом, похоже, забыла, о чем хотела спросить.

Быстрый переход