Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Как дела в Народном Дворце?

Никки едва слышала его вопрос. Ответить же на него было выше ее сил.

Зедд подошел ближе, в его карих глазах проступило беспокойство.

– Никки, что-то не так. Ты выглядишь, словно призрак, явившийся побродить по нашим залам.

Да, ей необходимо собраться с силами, чтобы говорить.

– Ты веришь в Ричарда?

Зедд помрачнел.

– Что стоит за вопросом такого рода?

– Ты доверил бы Ричарду свою жизнь?

Зедд поднял руку.

– Разумеется. А в чем дело?

– А ты доверил бы Ричарду жизнь любого и каждого?

Зедд осторожно сжал ее руку.

– Никки, я люблю этого мальчика.

– Ну пожалуйста, Зедд, скажи, ты доверил бы Ричарду жизнь любого и каждого?

Беспокойство, таившееся в его глазах, теперь охватило все лицо, углубляя морщины. Наконец он кивнул.

– Разумеется, да. Если и есть кто-то, кому я могу доверить свою жизнь или жизни всех людей, это Ричард. В конце концов, ведь это я назначил его быть Искателем Истины.

Никки кивнула, поворачиваясь к двери.

– Благодарю тебя, Зедд.

Он чуть поднял подол мантии и заторопился следом за ней.

– Может быть, тебе нужна какая-то помощь, Никки?

– Нет, – сказала она. – Спасибо. Со мной все в порядке.

Зедд, полагаясь на ее слова, вернулся к книге, которую изучал.

Никки шла по залам и коридорам Цитадели, не видя их. Она двигалась так, будто следовала за невидимой светящейся линией, что определяла конечную цель ее маршрута, так же, как можно было сказать о Ричарде, что он следовал за светящимися линиями заготовки, моделировавшей магию.

– Куда мы направляемся? – спросила Кара, торопливо идущая позади нее.

– Ты веришь в Ричарда? Ты доверила бы ему свою жизнь?

– Разумеется, – сказала ей Кара без малейшего колебания.

Никки кивнула, продолжая свой путь через Цитадель.

Она проходила по коридорам и переходам, через комнаты и лестничные марши, вовсе не замечая их. Будто в оцепенении от собственного замысла, она наконец-то оказалась в особо защищенной части Цитадели, в той величественной комнате, где контролирующая сеть едва не лишила ее жизни. Она и умерла бы, если бы не Ричард. Он приложил упорство в том, чтобы спасти ее, хотя больше никто не верил, что такое возможно.

Она доверяла Ричарду свою жизнь, а собственная жизнь была очень дорога ей – опять-таки благодаря Ричарду.

У двойных дверей Никки повернулась к Каре.

– Я должна остаться одна.

– Но я…

– Это связано с магией.

– О-о, – только и произнесла Кара. – Ну хорошо. Я просто побуду здесь, неподалеку, на тот случай, если тебе что-то понадобится.

– Спасибо, Кара. Ты настоящий друг.

– У меня никогда не было настоящих друзей – и действительно достойных друзей, – пока рядом не появился Лорд Рал.

Никки слегка улыбнулась.

– У меня не было ничего, достойного того, чтобы ради этого жить, пока рядом не появился Ричард.

Никки закрыла двойные двери. Позади нее, за огромными, высотой в два этажа, окнами вспыхивали молнии. Никки не помнила случая, когда она бывала в этой комнате, а за окнами не было бы грозы.

Сейчас, казалось, грозой был охвачен весь мир.

Когда сверкнула молния, комната озарилась ослепительным резким светом. Тем не менее, в ней была одна вещь, никак не отметившая прикосновение даже столь интенсивного света. Она оставалась черной, как сама смерть.

Никки, раскрыв «Книгу Жизни», положила ее перед чернильно-черной шкатулкой Одена, установленной в центре стола.

Быстрый переход