загрузка...
Изменить размер шрифта - +
  Время  было   суровое,
инквизиция  духовная  за двоеженство карала жестоко. Приехали в
Чижово, а там старые ветлы  склонились  над  ветхими  баньками,
из-под  тележных  колес  с  квохтаньем  разбегались по обочинам
курочки с цыплятками. Вот и дворянская  усадьба  Потемкиных  --
такая же изба, как у крестьян, только пошире да поусядистей...
   Вышла  на  крыльцо жена. Они сразу в ноги ей пали, вымаливая
прощение. Татьяна Потемкина сказала мужу:
   -- Я ведь тебя, Сашенька, до седых волос ждала.  Бывало,  от
хлебца кусну, а сама плачу -- сыт ли ты, в баталиях упражняясь?
Все  на  дорогу  поглядывала  -- уж не едешь ли? Вот и сподобил
Господь Бог на старости лет: прилетел голубь мой ясный,  да  не
един,  а  с  голубицей молоденькой... Ишь как она чрево-то свое
оттопырила! Сразу видать, что яичко снесет вскорости...
   Потемкин угрюмо взирал на свою жену --  первую.  Между  ними
валялась  в пыли вторая, и быть ей (согласно уставам церковным)
всегда незаконной, пока жива супруга первая.
   Законная и спросила о том незаконную:
   --  Так  что   ж   мне   делать-то,   чтобы   счастье   ваше
благоустроить? Или уж сразу руки на себя наложить?
   --  Уйди  вон...  не  мешай,  --  мрачно  изрек Потемкин. --
Постригись. Схиму прими. Тогда мы свободны станем... вот и все.
   Старуха,  горько  плача,  повязала  голову  черным  платком,
уложила в котомку хлеб да соль, взяла посох в руки и побрела за
околицу. На прощание разок обернулась, сказала веще-зловеще:
   -- Живите без меня, люди. Бог вам судья...
   Потемкины  отбивали  ей  поклоны земные и не распрямились до
тех пор, пока горемычная не исчезла в буреломах лесной  дороги,
уводившей ее в монастырь -- на вечное заточение.
   Потом Дарья Васильевна говорила мужу:
   -- Вот накажет нас Бог, не видать нам счастия.
   --  Не  каркай,  --  отвечал  Потемкин,  наливку медовую под
яблонькой кушая. -- А на что и нужна-то была она,  ежели  патлы
--  уже  седые и клыки торчат? Едина дорога ей -- под клобук, а
мы с тобой  еще  пожируем.  Рожай  первого,  и  второго  быстро
придумаем.
   --  Страшно  мне с вами, сударь мой неизбежный... Как можете
столь сурово с людьми невинными поступать?
   И была за такие слова исхлестана плеткою.
   -- Мужу не перечь! -- лютовал Потемкин. -- Да целуй мне руку
за то, что я, маеор, тебя супружеством осчастливил. Я ведь  еще
не проверял, каково ты блюла себя во вдовстве... Проверю!
   Старая  лошадь  паслась  у  старых овинов, а из старого леса
гукала старая сова-пересмешница, -- это Смоленщина,  порубежная
земля русская, где под курганами усопли витязи времен былинных.
Печальные шляхи тянулись через шумливые дебри -- какие на Русь,
а  какие во владения Речи Посполитой; синие васильки глазели из
ржи на проезжих панов, на баб с граблями да на нищих с торбами.
Ближе  к  осени  зачинались  "рябиновые  ночи"  --  черные,  со
страшным  громом и треском ликующих молний: в такие-то вот ночи
на Смоленщине вызревала ядреная и сочная рябина.
Быстрый переход