Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
..
   А ближайшими  соседями  чижовских  помещиков  были  сородичи
Потемкиных-Каховские,  Энгельгардты,  Тухачевские, Порсмбские и
Высоцкие; наезжали из  соседних  Сутолок  веселые  богатыри  --
Глинки,  которых  особенно  жаловала  Дарья Васильевна, и когда
Гриша  Глинка   заводил   песню,   молодая   женщина   радостно
подхватывала:
   Запшегайце коней в санки, мы поедем до коханки.
   Ой, дзень, дзень, дзень -- мы умчимся на весь день...
   После  первой  дочери Марфиньки родилась у Потемкиных вторая
--  Марьюшка,  и  Александр  Васильевич   подозрительно   долго
вглядывался в лик младенца, лежавшего в колыбели.
   --  Что-то  уж  больно  на  Глинок  смахивает, -- объявил он
вдруг. -- И нос не потемкинский, да и глаза не те...
   -- Да какой там нос, какие там глаза, --  запричитала  жена.
-- У деток молочных все образы на един манир.
   Страшный удар в лицо обрушил ее на спину... Старик помешался
на ревности.  Жену  отныне  держал  взаперти, неохотно выпускал
перед гостями. Навещал его в Чижове двоюродный  братец,  Сергей
Потемкин, неустанно подзуживал старика:
   --  Что  ж  ты,  Сашка,  за  женою  плохо  глядишь? По всему
поветуслых тянется, будто она молодых  приваживает.  Гляди  сам
строже,  как  бы  она  тебя,  дряхлого,  не  извела  настойками
разными. Ей, думаешь, ты нужен? Не,  ей  только  поместья  твои
надобны...
   После  таких  наговоров  Потемкин, весь трясясь, безжалостно
стегал жену арапником, как доезжачий на охоте  вредную  собаку.
Лишь однажды Дарья Васильевна за себя вступилась.
   --  Зверь!  --  крикнула она мужу. -- Оставь терзать. Ведь я
снова пузата. Рожу вот, а потом уж и добивай...
   Настала золотистая осень 1739 года.
   16 сентября, под вечер, Дарья  Васильевна  почуяла  близость
родов  и  удалилась  в баню, что ветшала на берегу тихой лесной
речушки. Здесь она, корчась на полоке, и родила сына.
   Пришел грозный муж и спросил ее:
   -- От кого зачала погань сию, сказывай! -- Взял ребеночка за
ногу, как лягушонка паршивого, понес топить в речке. -- Туда-то
ему и дорога, -- приговаривал, о корчаги спьяна спотыкаясь.
   Младенец, повисну в вниз головой, даже не  пикнул.  Потемкин
встряхнул дитятко еще разок над глубоким омутом, в котором тихо
колыхались ленивые сомы и ползали черные раки.
   -- Так от кого же он? От Глинок иль от Тухачевских?
   Звериный вопль матери огласил дремучий лес:
   -- Потемкин он... Уймись, кобель старый!
   Так  явился  на  свет Божий Григорий Александрович Потемкин,
светлейший    князь    Таврический,    генерал-фельдмаршал    и
блистательный  кавалер  орденов разных, включая все иностранные
(кроме   Золотого   Руна,    Святого    Духа    и    Подвязки),
генерал-губернатор    Новой    России,    создатель    славного
Черноморского флота, он  же  его  первый  главнокомандующий,  и
прочая, и прочая, и прочая.
Быстрый переход