Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Образом мыслей Филипп и Максимилиан являли полную противоположность друг другу. Их вполне можно было назвать людьми с разных планет, но Филипп питал к старику весьма нежные чувства, и в настоящий момент его мысли омрачало осознание того, что единственное, чего от него хотел Максимилиан, до сих пор не выполнено, а времени, похоже, остается все меньше и меньше… Стук в дверь возвестил о приходе референта Филиппа, Джоуэда Кемпа. Обычно являющийся воплощением уверенности в себе, Джоуэл сейчас мнется на пороге кабинета, смущенно тиская в руках лист бумаги.

— Да?! — нетерпеливо воскликнул Филипп.

Джоуэл откашлялся.

— Выборочная проверка выявила финансовые проблемы у одного из наших служащих.

— Правила тебе известны: наличие задолженности влечет за собой немедленное увольнение. — Необходимость делать подобное напоминание, когда данное условие включено в контракт каждого служащего лондонского коммерческого банка «Мэлори», заставила Филиппа помрачнеть. — Мы имеем дело со слишком большим объемом конфиденциальной информации, чтобы рисковать.

Лицо Джоуэла исказила гримаса.

— Это… э-э-э… данная персона не занимает видного положения в банке, Филипп.

— Я никак не пойму, в чем проблема.

Холодные темные глаза Филиппа не выражали никаких эмоций, во взгляде лишь читалось, что у этого отмеченного печатью финансового гения человека нет ни времени разбираться, ни жалости к нарушителям правил. Филипп презирал слабость и в отношениях с конкурентами отличался крайней жесткостью.

— Вообще-то… это Одри, — промямлил Джоуэл. Филипп насторожился, а Джоуэл с отсутствующим видом уставился в стену: ему, как и всем прочим служащим, было хорошо известно отношение Филиппа к Одри Флетчер, выполняющей в настоящее время мелкие поручения администрации. Одри, попросту говоря, чертовски надоела Филиппу.

Она не обладала ни единым качеством, которое не вызывало бы раздражения у обычно выдержанного и отличающегося утонченными манерами босса. Филипп бранил девушку за неопрятный внешний вид, за нерасторопность, за дружескую болтовню с коллегами, за постоянные попытки сбора денег на какие-то непонятные благотворительные акции… И, главное, за отсутствие — приходится это признать! — каких-либо профессиональных навыков, а также всего того, что в лице Одри стало для окружающих чем-то вроде неотъемлемой части работы в банке. Филипп оставался единственным, которого не трогали теплота и забота мисс Флетчер, сделавшие ее всеобщей любимицей.

Следует отметить, что при иных обстоятельствах Одри Флетчер не смогла бы даже пройти собеседование при устройстве на работу в коммерческий банк: у нее не было никакого образования. Максимилиан Чезлвит упросил Филиппа взять Одри. Отдел кадров лихорадочно принялся подыскивать ей место, хотя неспособность девушки грамотно справиться с серьезной работой делала это трудновыполнимой задачей. Ее переводили из отдела в отдел, пока наконец протеже Максимилиана не оказалась на верхнем этаже, где располагалось руководство банка. И пусть данный факт крайне обрадовал ее престарелого покровителя, он же, к несчастью, способствовал вхождению Одри в круг непосредственного общения с Филиппом.

Филипп протянул руку, и Джоуэл, заметив этот жест, с явной неохотой отдал боссу бумагу.

Темные брови Филиппа ползли вверх по мере ознакомления с текстом. Очевидно, Одри Флетчер вела двойную жизнь. В списке ее кредиторов значилась фамилия известного дизайнера по интерьерам, перечислялись и особого рода счета, недвусмысленно свидетельствующие о вечеринках с чрезмерным потреблением алкоголя. Румянец появился на щеках Филиппа, и довольная улыбка, заигравшая на губах, обнажила его ровные, сияющие белизной зубы.

Итак, подчеркнуто невинная манера мисс Флетчер держаться оказалась всего лишь ширмой, как он и подозревал! На секунду Филипп представил, каким ужасным ударом это окажется для Максимилиана, который еще совсем недавно свято верил, что Одри порядочная девушка, придерживающаяся столь милых его сердцу старомодных взглядов на жизнь.

Быстрый переход