Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
В центре комнаты она увидела – и узнала – знаменитого актера, в которого были без памяти влюблены миллионы американок самого разного возраста. Свободно расположившись за одним из столиков, актер ел яблоко, которое взял из стоявшей тут же на столе вазы. Его последнюю реплику, обращенную к ведущей актрисе уже после того, как камеры были выключены, Лори расслышала очень хорошо и невольно спросила себя, как отреагировали бы многочисленные поклонницы Дрейка Слоана, если бы узнали, что он может разговаривать с женщиной столь не по-джентльменски. Впрочем, она тут же подумала, что некоторая грубоватость и резкость высказываний были частью его сценического образа, а значит – частью его очарования. В сериале Дрейк играл роль заведующего отделением, врача-мачо, работающего в выдуманной больнице, деспотические манеры и блистательно-соблазнительная внешность которого превращали женщин в податливую глину в его руках.

Что ж, подумала Лори, стараясь быть объективной, не могут же ошибаться миллионы зрительниц, которым он нравится? Сама она не могла не признать, что в Дрейке есть некая брутальная привлекательность, которая и делала его совершенно неотразимым для многих и многих женщин. Самой Лори подобный тип никогда не нравился – она просто не понимала, как может нравиться человек, который считает себя центром вселенной, а окружающих презирает и всячески использует в своих целях.

Впрочем, помимо характера, Дрейк обладал еще и запоминающейся внешностью. Сейчас, когда Лори увидела его, что называется, «живьем» (на экране телевизора это как-то не бросалось в глаза, да она, по правде сказать, не очень-то его и рассматривала), ее внимание привлекли волосы Дрейка Слоана: очень густые, редкого пепельно-русого оттенка, которые в свете ярких телевизионных софитов блестели, как светлая платина. С платиновым оттенком волос резко контрастировали густые темные брови и усы, которые только подчеркивали безупречно-чувственную форму его нижней губы, сводившей с ума миллионы женщин самого разного возраста – от школьниц до домохозяек, которым по возрасту больше пристало сидеть с внуками, а не вздыхать по экранному красавцу.

Но самой интересной чертой Дрейка были все же его глаза: живые, ярко-зеленые, в глубине которых, казалось, полыхало жаркое пламя, способное растопить сердце самой неприступной из женщин. И если усы могли быть наклеенными, если волосы могли оказаться искусно подобранным париком, то огонь в глазах был, несомненно, настоящим, присущим самому Дрейку. Он-то и делал его по-настоящему интересным мужчиной, хотя, с точки зрения Лори, внешняя привлекательность и сексапильность ни в коем случае не могли служить оправданием грубости и невоспитанности.

Пока она раздумывала обо всем этом, Дрейк Слоан поднялся и, лениво потянувшись, словно большой кот (а лучше сказать – тигр), точным броском отправил огрызок яблока в мусорную корзину. Только сейчас Лори обратила внимание на его костюм. На первый взгляд, он был похож на обычный хирургический комплект куртка – штаны, но она почему-то сомневалась, что настоящие врачи носят столь тесные брюки. А если и носят, то непонятно, как они умудряются кого-то лечить. Нет, бледно-зеленый сценический костюм Дрейка Слоана был явно скроен так, чтобы как можно плотнее облегать высокую, поджарую фигуру актера. Кроме того, куртка была с таким глубоким вырезом, что в нем виднелась покрытая густым волосом грудь Дрейка. Вряд ли, подумала Лори, что-то подобное можно увидеть в настоящей операционной.

Услышав позади себя еще один голос, – кажется, тот самый, который минуту назад доносился из громкоговорителей, – она обернулась и увидела, что по проходу идет какой-то мужчина, дружески поддерживая под локоть ту самую актрису, которую на глазах Лори оскорбил Слоан.

– Он совершенно не слушает, что ему говорят! – возмущалась актриса. – Текст он знает, но когда дают крупный план – делает то, что ему заблагорассудится!

– Я знаю, знаю, Лу!.

Быстрый переход