Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Нижняя его часть поросла травой и мхом, а верхняя часть голая. Вокруг скалы растет сосновая роща, и пара сосен ухитрилась вырасти даже на ее вершине. В те времена скала звалась Клин, но теперь ее зовут Битвенная скала. Там проводятся Собрания Дома Эйрика. Когда-нибудь ты ее увидишь.

И сказал Свейн:

— Друзья мои, пусть то, что сделаем мы, чтобы подманить троввов, одновременно свяжет нас между собой, чтобы мы защищали друг друга изо всех сил.

Тут они обнажили мечи, и каждый надрезал другому предплечье, чтобы их кровь пролилась на землю у подножия утеса. Солнце в тот момент как раз садилось.

— Мы удачно выбрали время, — сказал Свейн. — Теперь будем ждать.

Воины стояли плечом к плечу вдоль подножия скалы и смотрели на поля.

А надо сказать, что каменные стены, выстроенные вокруг Домов, очень хорошо защищали их от троввов, поэтому те изголодались и им отчаянно хотелось человечины. И когда троввы почуяли кровь, пролитую на землю, они заторопились туда со всех концов долины. Однако же воины пока ничего не слышали.

Через некоторое время Свейн сказал:

— Ну и ленивы же эти троввы! Как бы нам не замерзнуть насмерть, стоя тут всю ночь напролет.

Рюрик же сказал:

— К тому времени, как мы вернемся домой, женщины уже выпьют все пиво! Вот что меня гнетет.

А Гисли сказал:

— Экое неровное поле у тебя, Эйрик! Надо будет оказать тебе услугу и перепахать его, когда разделаемся с троввами.

И тут они услышали слабый непрерывный гул, этакий скребущийся шорох. Шорох шел из-под земли и слышался со всех сторон.

— Это хорошо, — сказал Свейн. — А то я заскучал.

Пока они ждали, над Стюровой Вдовой взошла луна (Стюрова Вдова — это гора с округлой вершиной, что видна из окна Гудню) и ярко озарила землю. И тогда им сделалось видно, как по всему полю трясутся бурьян и кочки, оттого что под ними, взрывая землю, ползут троввы. Вскоре все поле до последней пяди — а поле было большое! — заволновалось и заколыхалось, точно вода. Однако воины стояли на скале и не двинулись с места, разве что отступили на шаг.

Тогда сказал Гисли:

— Ну вот, одной заботой меньше. Эйриково поле будет отлично перепахано еще до исхода ночи.

Наверное, зря он это сказал. Потому что не успел он договорить, как земля у него под ногами взметнулась столбом, оттуда выскочил тровв, ухватил Гисли за шею своими длинными, тощими руками и повалил его на колени на землю. И перегрыз ему глотку. Гисли так удивился, что ничего не сказал.

Тут луна ушла за тучу, и люди ослепли.

Они сделали еще шаг назад в темноте, выставив перед собою мечи и слыша, как бьется на земле тело Гисли. Прошла минута.

Внезапно скребущийся шорох превратился в рев, и из земли вдоль подножия косой скалы хлынули наружу троввы, осыпая воинов землей и протягивая к ним свои цепкие пальцы. Свейн и прочие сделали еще шаг назад, вверх по скале, ибо знали, что троввы слабеют, когда не касаются земли. И вскоре они услышали скрежет когтей о камень.

Тогда они, хоть ничего и не видели, принялись изо всех сил орудовать мечами и услышали, как несколько отрубленных голов упали и покатились по скале. Однако же когда убитые троввы рухнули, из взрыхленной земли тотчас же выбрались новые, а за ними еще и еще, и они все лезли и лезли на скалу, клацая зубами и протягивая тощие лапы.

Воины мало-помалу отступали вверх по склону, не переставая сражаться. По бокам скала была крутая, как отвесный утес, однако же троввы лезли и на эти склоны. Герой Гест, что стоял с краю, подступил слишком близко к обрыву. Троввы ухватили его за лодыжку и сдернули вниз, в бурлящее полчище. Больше его никто не видел.

К тому времени оставшиеся десять воинов устали, и большинство из них были ранены. Они отступили почти что к самому краю скалы. За спиной у них росли сосны, и герои знали, что еще немного — и их ждет обрыв и поле внизу.

Загрузка...
Быстрый переход