Изменить размер шрифта - +
Регина отправляет ее к Олегу Игоревичу, и тот замечает на ногах бедной лаборантки очень дорогие туфельки. Гинеколог приглядывается внимательней к женщине и чуть не теряет сознание. В полной панике он звонит Оресту:
   - Это твоя лаборантка приходила ко мне в гриме.
   - Ты уверен? - спрашивает подельник.
   - Абсолютно, узнал по туфлям и по голосу. Это она!
   - Разберусь, - обещает Орест. Он наполняет шприц кардиоспазмалитиком, идет в лабораторию и застает Дашу в тот момент, когда она рассматривает фальшивые усы и бороды.
   - Такую операцию загубила, - вздохнула Регина, - еще хорошо, что мне показалось странным поведение Ореста, и я решила последить за ним. У нас ведь еще одна комната есть, только тебя туда не пускали. Он ворвался в нее, схватил шприц и был таков.
   - Мерзавцы, - вскипела Оксана, - человек в белом халате не имеет права быть преступником!
   - Ты идеалистка, - вздохнула Зайка, - вспомни про доктора Менгеле, ставившего в Освенциме эксперименты на людях.
   - Выродок! - кипела Ксюта.
   - Очень трудно будет доказать, что они принуждали женщин делать аборты, - качала головой Регина, - все дамы твердят: случился выкидыш. Есть только один железный эпизод.
   - Какой? - спросила я.
   - Девушка Юля, которую ты привезла к Оксане, - сказал Дегтярев, - помнишь ее?
   - Конечно, ей хотели сделать искусственные роды, убеждая, что вследствие перенесенной матерью краснухи плод погиб.
   - Не было краснухи, - устало сказал полковник, - муж Юлии, Николай, категорически не желавший детей и понявший, что жена настроена родить, вышел на Олега Игоревича.
   Тот угостил Юлю таблетками, от которых бедняжка покрылась сыпью и обвесилась соплями. Поэтому убедить женщину в том, что она больна краснухой, не составило для врача никакого труда.
   - Какой гад, - заорала Маня, - таких врачей следует лишать права заниматься практикой!
   - Думаю, преступники понесут суровое наказание, - мрачно сообщил Дегтярев и спросил:
   - Все ясно?
   - Нет! - выкрикнула я. - С какого бока тут была Краснова Сара Абрамовна? Дегтярев тяжело вздохнул:
   - Ты чем слушаешь? Сказал же, все из-за нее и началось. Захотела жить счастливо с милым Артуром, вот и придумала, как отнять у муженька семейную реликвию, яйцо Фаберже.
   - Так это сделала жена Рыкова, Сабина.
   - Правильно.
   - При чем тут Краснова Сара Абрамовна?
   - Так она и есть Сабина. Девушке очень не нравится ее настоящее имя, и она всем говорит, что ее зовут Сабина, но в паспорте у жены Рыкова стоит - Краснова Сара Абрамовна, - спокойно пояснил Дегтярев и, видя мое обалдевшее лицо, спросил:
   - А ты не знала?
   - Нет, выходит, что ничего не знала, - потрясение ответила я и улыбнулась.
   - Прекрати хихикать, - обозлилась Зайка.
   - Улыбка сорок пятого калибра, - тяжело вздохнул Дегтярев.
   - Ты о чем говоришь? - удивилась Оксанка.
   - Бывает оружие сорок пятого калибра, - абсолютно серьезно заявил Александр Михайлович, а у нашей Дашутки вместо пистолета улыбочка.
   - Ты меня похвалил или поругал? - осторожно спросила я.
   - Он на тебя жутко рассердился, - закричала Машка, - поэтому и дразнится. Мусечка, ты чудесно улыбаешься.
   Дегтярев крякнул, но ничего не сказал.
   ЭПИЛОГ Забегая вперед, скажу, что все четверо преступников были осуждены.
   Ореста Львовича, Леонида Георгиевича - приговорили к пожизненному заключению, а Олег Игоревич и Яков - были осуждены на пятнадцать лет лишения свободы.
Быстрый переход