Загрузка...
Изменить размер шрифта - +
Оставалось только произнести одно-единственное слово, и это произошло бы.

Так почему она не могла произнести его?

Мысли Кэлен мчались по тысяче разных направлений, пытаясь найти способ избавиться от выполнения долга, причину не отдавать приказа бросить факелы в костер.

Ничего придумать не удавалось.

В безысходном отчаянии она опустилась колени, откинула капюшон плаща, положила руки на плечи Ричарду и склонила голову.

– Магистр Рал ведет нас, – прошептала она. Все молча наблюдали, как она дает древнюю клятву верности Лорду Ралу. – Магистр Рал наставляет нас. Магистр Рал защищает нас. В сиянии славы твоей – наша сила. В милосердии твоем – наше спасение. В мудрости твоей – наше смирение. Вся наша жизнь – служение тебе. Вся наша жизнь принадлежит тебе.

Она стояла на коленях на мокрой от дождя площади, положив дрожащие руки на плечи Ричарда, и эхо вторило ее словам.

Никто не присоединился к ней в этой клятве верности. Все понимали, что на сей раз она должна сделать это одна. Попрощаться.

Слезы скатывались по щекам Кэлен мимо холодных частичек осевшего тумана и капелек дождя и падали на булыжник. Она подавила рыдания прежде, чем те прорвали ее сдержанность, наконец поднялась и сделала непроницаемое лицо, надела маску Исповедницы, скрывшую все ее внутренние терзания.

Оглядевшись, Кэлен заметила в промежутке между собравшимися на площади воинами Охотника, спокойно сидевшего в отдалении на краю темного леса. Даже отсюда она видела, что зеленые глаза Охотника следят за ней.

Дождь, похоже, нисколько не беспокоил это похожее на кошку существо. Вода стекала с его густой шерсти, как с утиных перьев.

Кэлен вновь опустила взгляд к единственному мужчине, которого любила. Не сбрасывая маски Исповедницы, она приложила ладонь к застывшей щеке Ричарда. Его плоть была холодна, но благодаря колдовству оставалась мягкой, как при жизни.

В определенном смысле и ее лицо было таким же: застывшим, спокойным, не выражающим ничего.

Душа Ричарда отправилась в вечное странствие. Кэлен видела, как она спустилась во мрак, увлекаемая демонами подземного мира, плотно обернувшими ее своими крыльями. Сама она в то время тоже была мертва или, по крайней мере, на пути к смерти. Темные демоны тащили ее в вечную ночь, прочь от линий Благодати, но Ричард отправился за завесу подземного мира и спас Кэлен. Едва он отвлек их, душа Кэлен, этот таинственный элемент Благодати, смогла вернуться в ее тело в мире живых.

Хотя сердце Кэлен пронзил кинжал, Никки смогла исцелить ее тело, и душа Кэлен успела вернуться. Она вернулась – ведь Ричард пожертвовал жизнью, чтобы отправиться за ней и спасти вовремя.

При этой мысли Кэлен нахмурилась. Вовремя…

В вечности подземного мира времени не существовало. Время имело значение только в мире живых.

Возможно ли, что в Ричарде все еще остается искра жизни, как было с ней самой, – противовес отравляющему прикосновению смерти, поселившемуся в них обоих? Может ли быть так, что и сейчас, уходя все дальше в вечный, вневременной мир мертвых, он сохраняет связь с миром живых?

Долго ли эта искра, эта связь, может существовать в таком месте? Особенно если оккультное колдовство сохраняет тело Ричарда таким, каким оно было в миг смерти? Разлагаться его телу не позволяет колдовство, связавшее его с вневременьем подземного мира. В этом смысле связь между его душой и телом еще оставалась.

Ричард избавил Кэлен от отравляющего прикосновения смерти, избавил от демонов и воспользовался ее искрой жизни, чтобы отправить по линиям Благодати обратно из подземного мира в мир живых. К ней не применяли оккультное колдовство, чтобы сохранить ее тело, но в том не было нужды, ведь она была мертва совсем недолго. В подземном мире, казалось, прошла вечность, но в мире живых – совсем немного времени.

Быстрый переход