— Потому и отпускали вассалов, — с пониманием кивнул я.

— Да. Вроде как сами не тратятся, но при этом все понимают, чьи это бывшие вассалы. Не говоря уже о том, что Добрины долгое время традиционно отправляли дары бывшим господам. И вот теперь вот это вот всё... Романовские... даже не верится.

— А з-з-зря, — прозвенел у меня в ушах леденящий душу голос.

Я удивлённо моргнул. Это что сейчас было? Моя галлюцинация решила не только смотреть шоу под названием «Жизнь Стаса», но и намекает на то, что Власова в самом деле у Романовских?

— Да, Стас, тоже удивляюсь превратностям судьбы, — по-своему истолковав мою реакцию, проговорил Добрин. — Если Романовские стоят за «Багряными псами»... Если именно они велели искать синее кольцо... Стоп! А ведь и сам синдикат может быть создан Романовскими много лет назад. Это же что же получается... Проклятье, предки так чтили их, а теперь мы с ними воюем?

— У предков была своя жизнь, у нас своя, — произнёс я серьёзно. — Забывать о предках нельзя. Но и помнить о том, что мир меняется — нужно. Бывший друг становится врагом, а бывший враг — другом. Даже мы с тобой это проходили.

— Мы не были врагами, — буркнул Добрин.

— И всё же убить меня той ночью ты пытался. И не один раз.

— Да понятно всё, — махнул он рукой. — Какого-то особого пиетета перед Романовскими я не испытываю. Отец меня учил поступать по совести, а не так, как сотни лет назад поступали предки.

* * *

Спустя два часа после этой беседы я заперся в своей комнате на базе «Малахитовых щитов».

Плюхнулся в кресло и медленно выдохнул.

Нужно успокоиться... Успокоиться, и...

Проклятье, как вообще можно успокоиться?! За моей жизнью наблюдает грайм-лорд и отпускает едкие комментарии... Но это ещё полбеды! Куда важнее...

В памяти мгновенно всплыл не самый приятный момент из моей жизни последних месяцев.

А именно встреча с Константином Рыковым в ту ночь, когда я победил Ральфа и отнял у него синее кольцо отступника и прекрасный артефакт на скорость. Тогда я впервые потерял этот так чудесно сидящий на руке браслет. И синее кольцо тоже.

Тогда Рыков говорил странные вещи. Что я участвую не в своей войне. Что они — Рыков и те, кто с ним, на моей стороне. И что, чтобы узнать подробности, мне нужно вернуться к отцу.

Отец ничего на этот счёт не сказал.

Но...

Проклятье! Если «Багряные псы», дочернее предприятие Романовских, и они на моей стороне...

Дерьмо! «Серые орлы» лишь на год раньше возникли, чем «псы». И у его главных создателей, как оказалось, двоюродных братьев, нет родителей.

Между тем Рыков и Власова тоже сироты.

Неужели и отец с Артуром связаны с Романовскими?

Схватив телефон, я в очередной раз попытался дозвониться до отца. Бесполезно! «Аппарат вызываемого абонента выключен или не в зоне сети».

Лиза тоже не отвечает. Похоже, «не в зоне» она вместе с нашим папашей.

Проклятье... Что всё это значит?! В самом ли деле за спинами «псов» и «орлов» стоят Романовские?

— Эй, ответь мне, что ты знаешь о Романовских? — предельно чётко сформулировав вопрос, спросил я пустоту.

Разумеется, она меня проигнорировала.

— Ответь, чёрт тебя дери! Ты же всегда где-то рядом!

— Ага... — зашелестело повсюду. — Я где-то р-р-рядом. Я — Ис-с-стина.

— Х*истина! Что насчёт Романовских?

— Ты, как всегда, гр-р-руб со мной, я ничего тебе не скаж-жу.

— «Как всегда» быть не может, — холодно произнёс я. — Я первый раз с тобой разговариваю.