— Всё верно, — женщина улыбнулась и указала мне на стул. — Присаживайтесь.

Я понимал, почему полковник был таким счастливым. Палочную систему в полиции никто не отменял, как бы ни утверждали обратное высшие лица, и на ровном месте получить раскрытие особо тяжкого преступления было весьма выгодно для отдела. Мне же, со своей стороны, было несложно помочь. Бред про настоящих пацанов, которые никогда не пойдут к ментам, и прочую блатную романтику я всегда на дух не переваривал.

Все эти честные воры и прочая АУЕшная шалупонь, по сути, лишь паразиты, спекулирующие на желании справедливости. А если разобраться, для них не имело значения, откуда у тебя деньги. Сам ли своим трудом заработал или обманул кого, их интересовали лишь способы отнять те в свою пользу. А уж за попытку всадить нож в спину я бы лично посворачивал мудакам головы. Но это будет самосуд, так что пусть работают те, кому положено.

Несмотря на то, что у нас была одна цель, составление протокола всё равно заняло довольно долгий срок. Даже не потому, что дознаватель специально затягивала допрос, просто требовалось описать каждую мелочь, а всё это занимало время. Мы даже пару раз чай успели попить. Участковый, пожилой мужик в чине капитана, представившийся Глебом Максимовичем, тоже заходил, но, видя, что мы заняты, отправился по своим делам, тем более он тоже занимался нападением на меня. Мы с ним обменялись номерами, условившись, что я позвоню, как закончу. Рассказывать о причине при всех я не стал, хотя понимал, что уже завтра содержание разговора будет известно и полковнику и всему РОВД.

Закончили мы довольно поздно, так что я пригласил участкового поужинать, благо столовая была рядом и ещё работала. Глеб Максимович чиниться не стал, тем более что платил я, а на халяву, как известно, и уксус сладкий и хлорка — творог. Мы взяли первое, второе, салат и по соточке, чисто для аппетита. В столовой, правда, не положено употреблять, но методика была отработана годами, и нам принесли водку в фарфором чайнике и пару чашек. Восхитившись русской находчивостью, я разлил по пятьдесят и после того, как мы хряпнули за знакомство, рассказал о своей проблеме, заставив опытного капитана вытаращить глаза от изумления.

— Хм… — Максимыч, как участковый просил его называть, почесал в затылке. — Вот всякое у меня было. И убийцы, и рецидивисты, но чтобы колдун… такое, честно говоря, впервые.

— Ну, с почином, — я разлил остатки. — Просто уж кому, как не вам, знать людей на своей земле. Я-то уже, считай, два года дома не был, да и до того чего там понимал. Хотя, честно говоря, и сейчас ничего не знаю. Помощи из бюро не будет, мы буквально сегодня со старшим инспектором серьёзно полаялись, а ведьму поймать нужно, это вопрос безопасности и не только села в целом, но и моей семьи. А я просто не знаю, за что браться. Вот где её искать?

— Как трижды побывавший в браке могу сказать, что все бабы ведьмы, — рассмеялся капитан, чокнувшсь со мной и лихо выхлебав свою дозу. — А вот в колдунах я не силён. Есть какие-то зацепки или что-то ещё?

— Сложно сказать, кто это, может, и ведьма. Тут половую принадлежность сложно определить. — Я пожал плечами. — Пока я нашёл только одно место жертвоприношения. Но фонило от него абсолютно точно, так что потусторонний дух, однозначно, откликнулся на зов. Заключили они уже договор или нет, не знаю. Но сам факт, что кто-то пошёл на сделку, уже говорит о том, что настроена он или она решительно.

— Тогда ищи отчаявшегося, — Максимыч зажевал кусок котлеты. — Мой опыт говорит, что обычный человек не кинется в подобную авантюру, только если это не крайний случай. Тут либо кто-то с жиру бесится, ищет новых впечатлений, либо у него нет другого выхода.