Все присутствующие стояли, для разнообразия молча рассматривая меня.

— И вид этой гидрии сказал мне, что речь идет не о мести истинной или выдуманном ущербе, и не о спасении бесценных древностей. Дело в другом — в жадности, в людях, одержимых страстью к собирательству, стремлением обладать вещью, вне зависимости от того, законным или незаконным путем она пришла к тебе, в людях, имеющих для этого финансовые возможности, и теневых дельцах, являющихся пособниками этой страсти. Ключом к убийству стал не мистер Лейк, а гидрия с химерой. Сперва я не могла понять, почему ее выкрали из полицейского участка и прислали мне. Единственной причиной, которая пришла мне в голову к концу дня, было то, что некто хотел, чтобы она прибыла к месту своего назначения и по каким-то причинам доставить ее туда должна я. Так я и поступила. Тем кусочком головоломки, который помог мне соединить все ее части воедино, стали слова, которые Дотти сказала нам о Леклерке. Он забрал гидрию у Дотти…

— Минуточку, — перебил меня Лукка. — Настоящую?

— Да, — ответила я.

— А поддельную он подложил вам в машину?

— Нет, это была подлинная, и перевезла ее через границу. Там я вернула ему сосуд.

— Но зачем, скажите Бога ради, вы это сделали? — спросил Хэнк.

— Быть может, просто потому, что она не знала ваших планов, — заметил Лейк. — Вы ведь так и не удосужились посвятить в них миссис Макклинток.

— Да. Учитывая то, что меня не знакомили с тем, как все должно было произойти, я по неведению совершила поступок, который повлек за собой смерть Леклерка, и, вероятно, хотя мне больно это осознавать, и к кончине Антонио. Я переложила гидрию в автомобиль Леклерка на стоянке возле отеля в Вольтерре. Когда он подъехал, карабинеры обыскивали машины, и, повинуясь, как мне кажется, правильной догадке, — поскольку именно он подбросил сосуд в мою машину, — я переложила сосуд в его багажник.

— А ты уверена в том, что правильно выбрала автомобиль? — спросила Дотти.

— Да, но после этого я сразу же уехала. Возможно, и вероятно, что тем временем на нее наложил свои руки кто-то другой. Но, как бы то ни было, через пару дней гидрия вновь обнаружилась в моем гостиничном номере, на сей раз в Ареццо. Я долго пыталась понять, кто прислал ее мне в тот раз. Какое-то время я подозревала Антонио, который, как я полагала, пытался помочь мне. Однако он отрицал этот факт со всем пылом, и я поверила ему. Тогда я почти уверила себя в том, что это сделал Леклерк, но теперь сомневаюсь.

— Главный вопрос здесь, конечно заключается в том, была ли та гидрия настоящей или поддельной, — произнес Лейк.

— Я располагала гидрией очень недолгое время, после чего ее унесла Лола. Более того, у меня не было возможности по-настоящему посмотреть на нее и даже взять в руки, разве что на секунду-другую. Тем не менее я готова предположить, что она была подделкой, и за время, прошедшее между тем моментом, когда я положила настоящую гидрию в автомобиль Леклерка и тем, когда она снова появилась в моем номере, кто-то поменял их.

— Итак, гидрия, находившаяся в моем участке, была, судя по вашей гипотезе, поддельной, — заметил Лукка.

— Почти наверняка, — сказала я. — И это на самом деле представляло собой проблему для змеи. Я пользуюсь единственным числом, но полагаю, что в эту цепь событий были вовлечены четверо человек.