– И вы, значит, сразу же согласились?

– Дак, а чего ж добрым людям не помочь? Ну и… – Шмыгнув носом, конюх как-то виновато потупил взор, словно нашкодивший школьник. – Ну и это, рубль сразу дали… десятку. Если по-старому… Может, для кого и небольшие деньги, а все же на дороге-то не валяются!

– Ну, да… Так, узнать не сможете?

– Говорю же – подслеповат…

– А они о том знали?

– Кто-о?

– Ну, эти ваши знакомцы.

Евграф Тимофеевич развел руками:

– Говорю же, меню попросил прочитать.

Осмотр подводы тоже ничего не дал, да Пенкин и не надеялся – все-таки прошло уже два месяца.

Вернувшись в город, следователь все же заехал к реке, на старую пристань, да там и остался, отпустив водителя:

– Вы поезжайте. Я потом в прокуратуру сам доберусь.

На бревнах, на вымоле, разместились трое пацанов с удочками. Двое – лет по десять, один – чуть постарше, белобрысый, веснушчатый.

– Хоть что-то здесь есть? – подойдя, недоверчиво хмыкнул Пенкин.

– Как когда. – Сдвинув на затылок кепку, белобрысый солидно поплевал на червя. – Бывало, как пойдут – и окуни, и уклейки. А бывало, сидишь целый день, и хоть бы какой-нибудь толк, поганый ерш! А вы, дяденька, тоже рыбак?

– Так в детстве тоже здесь ловил. Давненько уже, тому лет десять. Так тогда здесь такие щучки водились! – Улыбнувшись, следователь показал руками примерный размер «щучек» – вышло около метра.

– Да ну! – недоверчиво прищурился пацан. – Сейчас тут щук… ну, бывает иногда…

– А вы тут всегда ловите?

– Так живем рядом. Так каждый день почти.

– И на девятое мая ловили?

– На девятое? – Закинув удочку, мальчишка озадаченно покачал головой.

– Да были, – подсказал тот, что помладше. – Там, под березами, еще какой-то дед спал, пьяный. Я помню, у меня тятенька тож в тот день выпимши был, аж с утра.

– Ага – дед, – радостно покивал Пенкин. – А что, он потом сам ушел, дед-то?

– Не-е! Телега за ним приехала. Мужики какие-то. Верно, родня. Взяли под руки – да на телегу. Хорошая такая телега, с машинными колесами. Там солома еще… Вот они его – и на солому.

– А что за мужики?

– Так обычные. – Парнишка пожал плечами. – Мужики как мужики. В плащах брезентовых, в кепках. Да я особо-то не присматривался – как раз клюнула. Плотвица! Пока вытаскивал, потом оглянулся, а их уж и нету. Уехали.

– А мы еще раньше ушли, – припомнил белобрысый. – А вам, дяденька, тот дедок – тоже родня?

– Ага… Пятерка у него в тот день пропала. То ли выпала, то ли пропил, то ли вытащили!

– А и так и эдак может, – засмеялся младшенький. – Дед-то пьяной был.

– И мужиков тех ты узнать не сможешь?

– Так особо-то не приглядывались. Да и далековато.

И впрямь – далековато. От старой пристани до рощицы навскидку – метров сорок, а то и все пятьдесят.

– А как же вы деда-то разглядели? Ну, что пьяный?

– Так мимо же шли! Он уже храпел. О! Еще у одного из тех мужиков вроде рука забинтована была… Точно! А вот правая или левая – не скажу.

* * *

– Повезло деду, – выслушав, резюмировал Алтуфьев.