— Кто?

— Их компьютер, — кивнул в сторону базы я. — Похоже, мы ввязались не в свою войну.

— Так, а вот с этого места поподробнее.

— С базой что?

— Накрылась пушистым органом. Мы пытались отбиться, но их было слишком много.

— Тогда как вам удалось технику вывести?

— Китайцы подсказали. Там есть автономный режим, но он запускается только в случае атакующей программы.

— Значит их база тоже пала?

— Да, мы снова бомжи. Но мы решили попробовать отстроиться здесь. Опыт есть, рабочих мы тоже забрали, так что управимся быстро.

— Не успеем, — покачал головой я. — Их слишком много, и они рядом.

— И чё предлагаешь? Сдаться? Сдохнуть на радость уродам?

— Нет, предлагаю начать собственную игру. Ты ведь догадался запечатать корабль?

— Само собой, но мы к нему вряд ли пробьёмся. Ты просто не видел, сколько их там.

— Они уйдут, как только убедятся, что всё кончено.

— Откуда такая уверенность?

— Я же тебе сказал: я говорил с их компьютером. Хотя хрен знает, как его нужно правильно называть.

— Ничего не понимаю, — помотал головой Коробков. — Тогда какого хрена всё это значит? Что им нужно от нас?

— Чтобы мы оставили попытки пробудить древние технологии. И, честно говоря, в этом я с ними согласен.

— А дальше что? Без оружия древних нас вырежут как куропаток.

— Да понимаю я, — огрызнулся я. — Но отстроиться нам не дадут. Мы даже цитадель восстановить не успеем, как вся эта орда будет здесь. Они две рабочие базы в ноль разнесли, думаешь, горстка машин их остановит?

— Я всё ещё не понимаю, к чему ты ведёшь, — произнёс Коробков и опустился на землю, пристроившись рядом. — Чёрт, ещё и Севастьянов куда-то пропал.

— Я его грохнул, — не моргнув глазом, признался я.

— Это не смешно, Тень.

— Может, потому что это не шутка? — тем не менее усмехнулся я. — И не смотри на меня так. Если бы я этого не сделал, погибла бы вся планета.

— О чём ты?

— Эти базы — не просто опорные пункты для возрождения древних технологий. Их основная задача — терраформирование планеты. И Севастьянов собирался его запустить.

— А может, и хрен бы с ней, — вздохнул Коробков. — Чем это плохо?

— Короб, ты дурак или прикидываешься? — покосился на приятеля я. — С таким подходом можно и действия Гитлера оправдать.

— Ну ты не путай жопу с пальцем.

— Серьёзно? И где в этой схеме находится жопа?

— Ой, всё, — поморщился капитан. — Я тебя услышал.

— Вот тот и хер, — буркнул я.

— Ладно, замяли. Ну и? Дальше-то что?

— Есть у меня одна идея, но я не уверен, что тебе она придётся по душе.

— Выкладывай.

— Хочу попробовать договориться с местными. Планета большая, и здесь для нас точно найдётся место под солнцем.

— То есть капитуляция, — хмыкнул Коробков.

— Пусть так. Отступим, соберёмся с силами, подумаем, что и как. Возможно, это не такая уж и плохая идея. Мы прожили здесь целых пять лет и забот не знали, пока не наткнулись на первые руины. С них-то всё и началось, если ты помнишь.

— Это у вас, — ответил капитан. — А нас эти твари с первых дней пытались раком поставить.

— Потому что ваш Севастьянов уже был заражён нанитами. Они пытались устранить угрозу.

— Бля, Тень, вот всё звучит очень логично, но что-то мне подсказывает: нельзя им доверять.

— А ты пробовал? В твоей башке тоже полно роботов, которые мешают тебе мыслить самостоятельно.