Пациент с этажа аристократов, сразу видны особые привилегии. Вообще нарушать больничный режим было строго запрещено. А уж тем более в первые же дни после поступления.

Ведь если пациент уже оформлен в клинику — то ответственность за него лежит уже на клинике. Однако в случае с аристократами всегда есть место исключениям.

— Хорошо, — пожал я плечами.

Остальные разбежались по пациентам, и мы остались с Михаилом Анатольевичем вдвоём.

— Это не моё распоряжение было, мне сверху приказали, — вдруг проговорил он. — Я сам против такого.

Зачем-то он решил передо мной оправдаться. Хотя я его понимаю, с самого начала он производил впечатление принципиального человека и, видимо, не захотел, чтобы этот образ разрушился.

— Понял, — кивнул я. — Обойду пока что старых пациентов, осмотрю их.

— Давайте, — Зубов буркнул как обычно — недовольно, но я сумел услышать поощрение в его словах.

Пациентов он давал пока что только на один день. Далее занимался лечением сам или передавал другим терапевтам. Но мне всё равно хотелось наблюдать всех своих больных, я чувствовал за них ответственность.

По другим палатам я прошёлся довольно быстро, все пациенты чувствовали себя лучше, что не могло не радовать.

Вернувшись, Зубова я уже не обнаружил. Зато в сумке нашёлся Клочок.

— Ну что, выяснил? — спросил я.

— Да, хозяин, — отозвался крыс. — Это точно не Тарасова. Но я нашёл, чей это был запах.

— Ну говори уже, не томи, — поторопил его я.

— Ампулы и ключи вам подбросила… — крыс сделал драматическую паузу, — ваша главная медсестра.

Значит, я был прав. Всё-таки это Ольга Петровна…

Глава 6

Я заподозрил главную медсестру почти сразу же, как понял, что Тарасова это сделать бы не могла. И начал рассуждать, у кого ещё была такая возможность.

И Ольга Петровна подходила просто идеально. За её передвижениями никто не следил, она тоже имела доступ к ординаторской, она прекрасно могла подгадать момент, чтобы взять морфин.

Да и когда она забежала, чтобы сообщить о находке под своим шкафом — выглядела очень уж шокированной. Ещё бы, самой всё это провернуть и чудесным образом найти препарат у себя же в сестринской!

Скорее всего, она испугалась, что это моё своеобразное возмездие ей. И поспешила признаться, чтобы избавиться от подозрений самой.

Вчера я не подозревал её, потому не сильно обращал внимания на всю её реакцию.

Она казалась сильно напуганной, что было бы логично, ведь это её ответственность. Но оказалось, напугана она была из-за своего поступка.

Скорее всего, одна бы она не стала это делать. Ей это просто незачем. А значит, её кто-то подговорил. И вот тут сразу две кандидатуры. Шуклин и Соколов. А может быть, они сделали это и вместе.

— Хозяин, что будем делать? — оторвал меня от размышлений Клочок. — План отмщения готов?

— Пока ничего не будем, — отозвался я. — Недостаточно информации. Побудь сегодня в роли шпиона и последи за Соколовым и Шуклиным.

— Сделаю, — отозвался крыс. — Всё будет в лучшем виде.

Мы разделились, я отправился к своему пациенту, а Клочок — на разведку.

Третья палата оказалась ещё более современной и обставленной, чем все предыдущие, где я бывал.

Здесь в углу стоял диван с журнальным столиком. Палата была всего на два человека и занята при этом одна койка. Да и по размерам она была чуть ли не больше моей студии.

— Доброе утро, — поздоровался я с пациентом. — Вы Лаврентьев?

— Да, — кивнул мужчина. — А вы санитар мой сегодня?

Знакомство не заладилось с самого начала.