— Я разговаривал с Карло перед его уходом. Он не слишком доволен, что мы тебя наняли.

Она взглянула на него.

— Я делала все, что он мне велел.

— Основная его претензия к скорости. Когда ресторан полон, нам требуется человек, выполняющий все, что от него требуется. Хорошо выполнял и не тратил всю ночь на одно задание.

Притухшая было злость начала постепенно разгораться, нервы натянулись.

— Я не ставила себе задачу кого-то позлить. И делала все так быстро, как только могла.

— Да-да, Карло говорил, что оценил твое желание довести выполнение задачи до идеала. Но мытье овощей не относится к изящным искусствам. Если ты желаешь продолжать тут работать, тебе следует делать работу побыстрее.

Санни открыла рот, чтобы сообщить ему, что именно он может делать со своими овощами, мытыми или грязными, но, к собственному удивлению, произнесла:

— Во сколько мне следует начать завтра? — И насладилась изумлением, блеснувшим в его темных глазах. — Если бы я пасовала перед трудностями, то никогда не смогла бы с отличием окончить университет, — сказала она, любуясь его внезапной сосредоточенностью. Видимо, другой награды за каторжный труд ей сегодня не получить, поэтому надо использовать по максимуму хотя бы то, что дают. — Если ты надеялся, что бульдожья тактика Карло заставит меня удрать без оглядки домой, ты просчитался.

Господи боже, что она такое говорит? Она собирается повторить все опять?

Санни глядела на морщинки, образовавшиеся в уголках его неотразимого рта. Того самого рта, который так мерзко ухмылялся совсем недавно. Да, решила она, так я сделаю. Надо только подыскать подходящие тапочки, залепить мозоли пластырем и заколки для волос взять пожестче.

— Твоя смена начинается в четыре, — с трудом произнес он.

— Я буду в три. — В ответ на его взлетевшие брови она добавила: — Я потрачу этот час на то, чтобы получше понять новые задания.

— У меня нет времени тебя учить. Тебе надо было попросить…

— Я уже говорила с Романо. Он тоже придет пораньше и поможет мне.

— Охотно верю, — мрачно пробормотал Ник. Встал на ноги, поставил на место стул. — Мне еще надо с бумагами поработать. С сегодняшнего дня используй черный ход.

Она подавила желание отсалютовать ему.

— Да, сэр. — Он отвернулся и замер, когда она прибавила: — Спасибо.

Обернулся к ней.

— За что?

— За то, что дал мне шанс, — искренне сказала Санни. — Мама Бенни будет мною гордиться. — И ты, добавила она мысленно. Впрочем, какое ее дело, что он о ней думает. — Ты, должно быть, счастлив, что у тебя есть бабушка, которая так тебя любит.

Он взглянул на нее.

— Ты говоришь, словно у тебя не так. Твоя бабушка, должно быть… — Он помолчал немного. — Фрэнсис. Фрэнсис Чендлер. — Рассмеялся. — Чего ты так вздрогнула? Может, у меня и нет университетского диплома, но газеты я читаю.

Угораздило же его начать копаться в ее личной жизни! Санни поправила еще одну выбившуюся прядь и еще более выпрямилась. Спина протестующе заныла, но она проигнорировала эти глупости.

Чендлеры никогда не показывают своей слабости врагам.

— Мои дедушка и бабушка очень меня любят. Но только… выражают свою любовь по-другому, чем твои родственники.

Обрывая разговор, она поднялась и чуть не взвыла от боли в ногах. Влезть в туфли на каблуках, в которых она сегодня сюда явилась — никогда! Возможно — никогда в жизни.