— Он и не верит, — пояснила я. — Но почувствовал чужие чары и решил разобраться.

— А! — откликнулся страж и надолго замолчал. Потом взял меня за подбородок — не пальцами, а когтями, — и заставил посмотреть себе в глаза. — Что именно сказал тебе волшебник?

— Он говорил о магических следах на моей руке, — устало ответила я. Было непросто выдерживать равнодушный взгляд волчих глаз, как будто страж прикидывает, сгожусь ли я ему на ужин или лучше поискать добычу повкуснее. — О том, что они старые, но что сквозь меня проходит чужая магия. Что это меня убивает. И связывал эту магию со сбоем в работе заклинаний.

— А! — снова произнёс страж. — Маг не упоминал об источниках этой магии?

— Нет, — покачала я головой. Помедлив, положила ладонь на руку стража, всё ещё удерживающую меня за подбородок. — Постой… это правда?

— О чём ты, маленькая леди? — насмешливо спросил страж и, отпустив подбородок, стряхнул мою руку со своей. — Ты умираешь от моих чар? Правда. А как, по-твоему, я мог бы являться среди людей? Я ведь не человек.

— Н-н-но как же… — промямлила я.

— Человек, которого коснётся моя рука, зачахнет и умрёт, маленькая леди, — неожиданно сочувственно объяснил страж. — Исключение — только для тех, кто обладает своей волшебной силой. И…

— И что? — резко спросила я, когда страж замолчал и неловко отвёл глаза. Это казалось невероятным, невозможным, но мой неумолимый мучитель… смущался?!

— И та женщина, которую я сделаю своей женой, — пояснил, наконец, страж. — Не будь в тебе лесной крови, ты не прожила бы так долго вдали от меня, маленькая леди.

— Н-н-не может быть… — жалко пролепетала я.

— Может, — возразил страж. — Ты принадлежишь мне, маленькая леди, и либо станешь моей женой, либо растаешь как лёд под весенним солнцем. Тебе выбирать — весной.

— Но я умираю уже сейчас! — перешла на крик я.

— Умираешь, — признал страж. — В тебе слишком жидкая кровь, а я слишком многого требовал.

— И ты дашь мне умереть?!

— А почему бы и нет, маленькая леди? — страж нагнулся к самому моему лицу и улыбнулся, оскалив зубы. — Ведь ты же без колебаний убила бы меня, если бы могла.

— Но я же… — начала было я, но тут же замолчала. Что я могла ему сказать? Я человек, и моя жизнь драгоценна? Какое лесному чудовищу до этого дело!

— Слишком просто, — внезапно проговорил страж. — Тебе ещё не пришло время умирать, и ты не умрёшь. Разве что от страха.

Спросить, что он имеет в виду, я не успела. Страж отступил на шаг, поднял голову к нему и жутко завыл, от чего у меня застыла в жилах кровь. По его телу прошла крупная дрожь, и он закрыл руками лицо. А когда отнял руки…

Тогда, четыре года назад, нечеловеческий облик стража пугал не так, как бой, который он дал нежити. Волчья пасть, медвежьи когти, кошачья грация в каждом движении — смертельном для его врагов. Лесной страж был воплощением опасности и смерти, и таким и запомнился мне — безликим мохнатым ужасом.