— Винс, да что с тобой? — удивленно спросила Оливетт, соблазнительно покачивая бедрами.

Он резко остановился. В нынешнем своем состоянии он не хотел даже пытаться повторять ее движения.

— Для таких танцев я сегодня не в настроении, — бросил он.

Изумрудно-зеленые глаза Оливетт сверкнули вызовом.

— Тогда я подыщу себе другого партнера!

— Ищи, — безразличным тоном отозвался Винсент, не поддаваясь на шантаж и даже тени досады не испытывая. — А я пойду побеседую с тетей.

Он сам напрашивается на неприятности, мстительно подумала Оливетт и обвела оценивающим взглядом толпу молодых холостяков. Секунда — и она уже кружится в объятиях другого. О да, Винсент Бьюмонт готов был поручиться: неприятности не за горами, да еще какие крупные неприятности! Но сейчас первостепенное значение имело совсем другое: надо было разобраться в проблеме под названием «Сильвия Морено».

5

Выступление закончилось, и Сильвия ощущала себя не в своей тарелке. Она знала, что ей полагается ликовать и радоваться собственному успеху. Тони Локхарт пришел в восторг от «находки мисс Бьюмонт» и уже предложил арфистке отрепетировать еще несколько совместных номеров. Гости просто-таки осыпали ее комплиментами. А молодой женщине почему-то отчаянно хотелось убежать куда глаза глядят и поплакать всласть наедине.

До чего глупо, что на нее так подействовала самая что ни на есть банальная сцена — Винсент Бьюмонт повел свою невесту танцевать, — а у нее, Сильвии, глаза мгновенно наполнились слезами. Эти двое первыми присоединились к новобрачным. Оливетт Колдуэлл томно покачивалась и изгибалась в такт музыке. Облегающее алое платье не скрывало ни одной соблазнительной подробности ее безупречно изящной фигуры. Неудивительно, что Винсент глаз с невесты не сводит. А почему бы, собственно, и нет? — одернула себя Сильвия. Они же помолвлены!

— Тони, принеси-ка, пожалуйста, вон тот свободный стул, — попросила Патриция Эсперанса. — Сильвия немного посидит со мной…

— Нет-нет, мне уже пора, — смущенно запротестовала молодая женщина.

— Как это пора? — нахмурилась Патриция Эсперанса. — Я рассчитывала, что вы останетесь и повеселитесь вместе с нами. За дочь вам беспокоиться нечего: за ней приглядывает Маргарет.

Мисс Бьюмонт загодя пригласила арфистку переночевать в замке, и Сильвия, не устояв перед искушением, согласилась. Она не признавалась даже себе самой, что втайне надеется, что Винсент Бьюмонт ее все-таки заметит. Но теперь, когда сокровенная надежда безжалостно развеялась, Сильвия отчаянно искала путь к отступлению.

— Девочка может проснуться и испугаться, мисс Бьюмонт. Сами понимаете, в чужой обстановке…

— Право же, вам не о чем беспокоиться. Маргарет вынянчила и старшего моего племянника, и младшенькую, Аврору…

Но последних слов арфистка словно не расслышала. Винсент Бьюмонт прокладывал себе путь сквозь толпу танцующих, явно направляясь к их столику, и такую властную решимость излучал, что гости покорно расступались перед ним, точно Красное море — перед Моисеем. А конечная цель его — она, Сильвия Морено. Молодая женщина прочла это во взгляде Винсента. Он ни на кого больше не смотрел, даже на тетю.

Ощущение было престранное: как если бы в ее тело вонзилось множество крохотных иголок. А сердце забилось так, что грозило вот-вот выскочить из груди. Сильвия застыла неподвижно, дожидаясь, когда Винсент подойдет ближе, и не веря, что все это происходит наяву, а не во сне. Неужто Винсент Бьюмонт и впрямь хочет побыть с нею, обменяться словом-другим?.