— Настя, соус! — коротко бросал я, и сестра тут же протягивала мне заранее заготовленную заправку из масла, моих специй и лимонного сока.

— Даша, листья сюда, в большую миску!

— Наталья, великолепно! Теперь всё в общую тарелку!

Они подчинялись моим коротким, чётким командам с какой-то радостной готовностью. Не было ни суеты, ни паники. Каждый знал своё место, каждый чувствовал себя частью этого удивительного кулинарного таинства.

Когда рулетики были готовы, я вытащил их из печи. По всей кухне тут же разнёсся такой густой и вкусный мясной запах, что у меня у самого слюнки потекли. К нему примешивался аромат расплавленного сыра и пряных трав. Я оставил их полежать на доске буквально пару минут, чтобы сок внутри распределился как надо. Потом взял самый острый нож и нарезал рулеты на толстые медальоны.

Срез получился что надо: тёмное, почти красное мясо по краям, а внутри — светлая начинка с зелёными точками. Из каждого ломтика прямо-таки сочился прозрачный, ароматный сок. Я посмотрел на это дело и про себя усмехнулся. Да, сегодня я превзошёл сам себя.

Что ж, пора было переходить к финальной части вечера.

Мы вышли в зал.

— Настя, накрываем стол, — сказал я сестре. — Поможешь?

Она тут же засуетилась, притащила нашу лучшую скатерть, которая, к счастью, была чистой. Быстро расставила тарелки и приборы. Я же сам занялся подачей. Сначала выложил на тарелки тёплый салат с печенью. А в центр каждой порции, как король на трон, уселось идеальное яйцо-пашот. Я сварил их в самую последнюю минуту, пока рулеты «отдыхали». Затем пришла очередь главного блюда. Я красиво разложил мясные рулетики веером на большом блюде и понёс всё это в зал.

Семья мясника села за стол. Вид у них был такой, будто их не в нашу скромную квартиру, а в императорский дворец пригласили. Они смотрели на тарелки с едой с таким трепетом, что, казалось, боятся дышать, чтобы не испортить всю красоту.

— Ну, чего сидим? — улыбнулся я, чтобы разрядить обстановку. Я взял кувшин с Настиным компотом и стал разливать по бокалам. — Налетайте, а то всё остынет.

Первым, как я и думал, не выдержал глава семьи, Степан. Он взял вилку и нож с таким серьёзным видом, будто собирался проводить сложную операцию. Аккуратно отрезал маленький кусочек рулета, отправил его в рот и замер. Он жевал очень медленно, и на его суровом лице было написано всё: сначала он не понял, потом удивился, а потом на нём отразился такой восторг, что я едва сдержал улыбку. Он так ничего и не сказал. Просто посмотрел на меня, потом снова на свою тарелку, и так тяжело, но очень одобрительно кивнул. Этот кивок был лучше всяких похвал.

Но по-настоящему меня удивила Наталья. Эта женщина, казалось, забыла обо всём на свете. Она попробовала кусочек, и её лицо вдруг изменилось. Все суровые морщинки разгладились, а в уголках губ появилась лёгкая улыбка, как у маленькой девочки, которой дали конфету. Она даже глаза закрыла на несколько секунд, чтобы полностью прочувствовать вкус. Я прямо видел, как она наслаждается.

— Это… — наконец сказала она, открыв глаза. Голос её был тихим и удивлённым. — Это просто невероятно. Как вам это удалось? Мясо такое нежное, оно просто тает во рту. А начинка… я даже не могу разобрать, что вы туда положили, но это что-то божественное.

— Обычные лесные травы, Наталья, — скромно улыбнулся я, пожимая плечами. — Никакого волшебства. Главное — свежее мясо. А с этим вы мне помогли.

Но окончательно их добил салат. Я видел, как они с опаской ковыряли вилками печёнку. Наверное, ждали, что она будет сухой и горькой, как это обычно бывает. Но тёплая, нежнейшая печень, хрустящие листья салата, сладкие помидоры и кисленькая заправка сделали своё дело. А когда я сказал им разрезать яйцо-пашот, и из него на салат полился идеальный, густой желток, который стал лучшим соусом в мире, Даша не выдержала.