— А кто сказал, что это оскорбление? — она сняла очки и посмотрела на меня уже серьёзно. — Если хочешь знать, я это не осуждаю. Тем более в вашей жизни сейчас столько потрясений… не удивлюсь, если девушка просто хотела успокоить нервы.

Вот как она это делает? Видимо, за спиной Митсуко огромный опыт. Не зря же её взяли к нам в университет.

— Засомневался? — протянула она, словно змея. — Вижу в твоих глазах неуверенность.

— Закроем тему, — огрызнулся я и отвернулся. — О таком не спрашивают. Это личное.

— Как скажешь, — вздохнула та и добавила: — Не обижайся, я же говорю, что не против такого. Так что расслабься, никто от меня не узнает.

Я ничего не ответил, просто сидел и смотрел на играющих девушек.

— У меня есть просьба, — снова произнесла Митсуко.

— Какая? — без особого интереса переспросил я.

— Ты не будешь против, если я приударю за Айяно?

— Что? — удивлённо уставился на блондинку. — Хочешь соблазнить мою сестру?

— Почему нет? Ты ведь сам сказал, что желаешь устроить ей хороший выходной. Разве будет плохо, если я помогу ей расслабиться? — бросила на меня ехидный взгляд. — Или ты хочешь присоединиться?

— Конечно, нет, — я всплеснул руками. — Что за пошлости?

— И об этом говорит знаменитый Сенсей Кампай?

— Писать хентай и… устраивать тройничок — разные вещи.

— А если надо для дела?

— Но сейчас-то это для дела не пригодится.

— Как знать? — пожала плечами блондинка и вновь уставилась на океан. — Так ты не против?

Что ей сказать? Если Айяно и правда расслабится, то это будет отлично. Но, что, если он не поймёт Митсуко? Тогда все шишки полетят на меня.

— Успокойся, твоя сестричка довольно горячая штучка, — блондинка словно мои мысли прочитала. — По ней видно, и я сильно сомневаюсь, что она откажет. Хотя бы из-за того, что не прочь повеселиться. Ведь когда ей ещё раз удастся так отдохнуть?

— Это да, — вздохнул я. — Мне будет приятно, если сестрёнка получит от сегодняшнего дня удовольствие. Вот только…

— Бисексуальность для женщины — это нормально, — сказала Митсуко. — Мы любим всё красивое за то, что оно доставляет нам удовольствие. Или хочешь сказать, что я страшная?

— Нет! — сразу воскликнул я и тут же умолк, а женщина хищно улыбнулась. — Ты красивая, но Айяно…

— Изаму, если против, так и скажи. Или же молчи и не думай ни о чём плохом. Всю ответственность я беру на себя.

— Я не думаю, что Айяно меня за это возненавидит. Но всё равно не хочу, чтобы между нами появилась трещина.

— Дурачок, — хмыкнула Митсуко. — Ты разве не видишь, как она тебя любит? Просто посмотри ей в глаза, когда вы вновь останетесь наедине. Глаза — это зеркало души. Если я смогла заметить это, увидев её лишь раз, то ты и подавно должен понимать её чувства.

— В ваших чувствах сам чёрт ногу сломит.

— Тоже верно, — блондинка не сдержалась и звонко рассмеялась, но быстро успокоилась. — Просто будь собой, Изаму, и дай отдохнуть сестре. Она простит тебе любой грех, но… — на мгновение замялась, — я сомневаюсь, что в моих объятиях она будет на тебя злиться.

Что верно, то верно, в объятиях Митсуко сложно думать о чём-то плохом. Когда тебя прижимают к большой и красивой груди, все посторонние мысли в голове улетучиваются, оставляя лишь желание и страсть.