Он впервые в жизни видел на столько разъяренную Эл. В ее глазах и лице, по всей фигуре было столько злобы, что он отшатнулся. Но вместо обиды или ответного раздражения ощутил только боль. Такую необычную, глубокую, словно у него вынули сердце, и осталась одна лишь боль.

- Перестань, Эл. Не говори больше ничего.

- Больно. Правды боишься. Ну? Каково было бить по ложным целям? Ах, как было обидно, правда? Два часа штурма - все впустую. Руины от жилых домов и редкие попадания по стратегическим целям. И оружие, которого там не было.

- Откуда ты знаешь?

- Я там была, штурман! Не вышло разбить колонию?! И не выйдет!

- Ты была на Барселле? Вот куда ты летала. Какое тебе до них дело? Какой дом?! О чем ты говоришь? Что они с тобой сделали, Эл? Кого ты защищаешь? Это враги. Ты была у них в плену. Что с тобой?

- Если они - враги, то и я - враг. Я была вторым лицом после Нейбо в его империи. Вот - правда. Он использовал меня вместо себя. Когда ты упоительно крушил врагов в очередном бою, там могла быть и я. У нас были хорошие шансы встретиться. И если ты напряжешь свои мозги, то даже вспомнишь, когда именно.

Дмитрий засопел, сжал кулаки и проговорил:

- Это ты меня гоняла, но не стала сбивать. Ты? Я помню. Этот день я навсегда запомнил. Ты. И с Амадеем? Та встреча! Ты?!

- Это правда.

- Были другие?

- Тебе уже достаточно. Согласись, легкомысленно утверждать, что ты все знаешь. Тебе бы следовало подумать, прежде чем ты явился сюда.

Она снова посмотрела на него. Он думал, что увидит ту же ненависть. Но теперь ее глаза были другими, в них смешивалась усмешка и боль, словно ее кто-то сильно и несправедливо обидел. Губы ее криво усмехались.

- Я убила Нейбо, но прежде я служила ему. И сделал это умышленно. Это мой выбор. А вот почему и когда мой лучший друг превратил себя в убийцу и умер сам?…. Я не вижу человека, которого помню. Я тебя не знаю. Уходи.

Дмитрий пришел в ярость. Он часто дышал. Голова стала горячей. Он чувствовал, как пылают глаза. Их резало нестерпимо. Это были слезы, но он не замечал их. Ее ярость вызвала ответную волну.

Эл снова отвернулась и так застыла.

Десять шагов. Очень близко. Ему показалось, что он слышит, как взвизгивает генератор его излучателя. Время замерло. И вот его рука поднялась. В прицеле фигура в серой куртке.

- По-моему ты путаешь. Это тебе здесь не место. Когда-то я дал себе и друзьям слово. Не зря давал. Повернись, я хочу видеть твое лицо, - прохрипел он.

Она продолжала стоять, только опустила голову и посмотрела на свои сапоги в снегу. Ее фигура в прицеле казалась маленькой.

- Стреляй. Желаю, что бы этот выстрел избавил тебя от боли и обязательств. Если ты после этого больше никого не убьешь, я пожалуй соглашусь. Может, дашь другую клятву, Дмитрий?

Она обернулась и пошла в его сторону. В прицеле появилось ее лицо. Она смотрела уверенно и спокойно, она остановилась, когда до излучателя оставалось несколько сантиметров, он почти упирался ей в лоб.

- Стреляй. Передумаешь.

Он нажал на спуск. Излучатель дрогнул в руках.

Он забыл о предохранителе. Разряд оказался заблокированным. Прошло только одно мгновение. Сильные руки Эл, сильнее, чем он ожидал, вырвали у него излучатель. Оружие уперлось ему в подбородок.

- Теперь моя очередь. - Он увидел злую усмешку на ее лице.

Раздался короткий сигнал готовности. Дмитрий подбородком ощутил, как нагрелся край сопла.

- Как тебе роль мишени? - шепотом спросила она. - А ведь я это сделаю.

Он гордо посмотрел на нее, но это была только поза, он уже ощущал ужас. Ее лицо стало гримасой ненависти. Она была на голову ниже его, не давая ему опустить подбородок, смотрела жестокими глазами.