Китти виновато опустила голову.

— Я не забыла, мэм. Я собиралась снова написать вам, так как понимала, что мое первое письмо было чересчур коротким.

— Моя дорогая Кэтрин! Боюсь, вам не понравится, что я все-таки скажу, — проговорила миссис Даксфорд, покачав головой. — Я не разрешу вам здесь остаться.

— Как же так? — звонким от волнения голосом воскликнула Китти. — Я так на вас надеялась!

— И не надо меня уговаривать! Своего решения я не изменю!

— Если мне нельзя остаться здесь, то куда я пойду?

— Дитя мое, у вас есть свой дом и муж, вы поклялись быть с ним вместе и в горе, и в радости!

— Я не могу туда вернуться!

— Моя дорогая, меня это не касается. Вы сами прекрасно понимаете, что у вас нет другого выбора.

— Говорю же вам, что я не могу! Не могу! — крикнула Китти со слезами на глазах.

— Я же не сказала, что вы должны сейчас же отправиться обратно в Шиллингфорд. Побудьте у меня день-другой, все хорошо обдумайте, взвесьте. Почему возвращение домой вызывает у вас такой ужас?

— Видели бы вы его лицо! Он не подозревал...

Китти запнулась, вспомнив побледневшее лицо Клода, которое не могла до сих пор забыть. Она не хотела, чтобы все шептались у него за спиной, что его жена — незаконное дитя тайной связи одной из дочерей и зятя герцогини!

— Кэтрин... Китти...

— Что, миссис Даксфорд?

— Вы любите своего мужа?

Китти вспомнила его светлые волосы, голубые глаза, упрямый подбородок... Ее глаза затуманились от слез.

— Очень!

— Бросив его, вы совершаете непоправимую ошибку!

— Вы не поняли, мэм! Я его не бросила! Я ушла только потому, что безумно его люблю! Я не хочу причинять ему боль своим присутствием!

— Послушайте меня, умудренного опытом человека! Ваши рассуждения в корне неправильны и надуманны!

Она не договорила, так как в дверь постучали. Это был мистер Даксфорд.

— Дорогая, извини, что перебиваю, но к нам приехал какой-то джентльмен. Он хочет видеть Китти.

Сердце Китти бешено забилось, и она посмотрела на мистера Даксфорда глазами, полными слез.

— Ага! — воскликнула миссис Даксфорд. — Лорд Дивиник, не так ли?

— Совершенно верно, моя дорогая. Я проводил его в нашу гостиную.

С замиранием сердца Китти открыла дверь в гостиную. Остановившись в нерешительности на пороге, она почувствовала, как миссис Даксфорд буквально втолкнула ее в комнату, дав напутствие громким шепотом:

— Ну, с богом, дитя мое.

Китти сразу узнала знакомую комнатку с белыми стенами, вдоль которых стояли стулья с прямыми спинками, а напротив камина — все тот же диванчик. Дверь за ней беззвучно закрылась, и Китти увидела у окна Клода, одетого в темно-зеленый дорожный сюртук. Услышав, как она вошла, он сразу обернулся. В висках у Китти оглушительно стучали молоточки — в унисон с биением ее сердца. Клод выглядел усталым, и она не смогла определить по выражению его глаз, о чем он сейчас думает.

Прошла минута, другая, но Клод не проронил ни слова. Последние пять дней обернулись для него настоящим кошмаром. Решив, что Китти у одной из своих подруг, он как одержимый гнал лошадей в Рукхэм-Холл, но приехал туда только в воскресенье днем. В понедельник он примчался в Лондон, переночевав в своей квартире, а наутро снова погнал лошадей в Хейнолт-Форест. Он был вынужден пробыть и там два дня, чтобы дать отдохнуть измученным животным, и в Пэддингтон примчался уже поздно вечером. Не желая беспокоить миссис Даксфорд, он заночевал у давнишнего друга Джека, с нетерпением ожидая наступления утра.

Страх, что Китти может не оказаться в Пэддингтонском приюте, а также угрызения совести не давали ему заснуть.