Изменить размер шрифта - +

— Il n'en est pas question, — резко ответил Шере, и так, будто говорил сам с собой. Потом продолжал более любезным тоном: — Простите меня. Как мне ни тяжело в этом признаться, но это дерево, эта молния — они, без сомнения, спасли нам жизнь. Не знаю, как вы, но я бы врезался в вашу машину, если бы меня вовремя не остановили. Но ваше предложение… боюсь, о нем не может быть и речи. Мне надо успеть на паром — последний паром из Шербура. Мне необходимо на него успеть.

— Мне очень жаль, но не вижу…

Он перебил меня:

— Погодите! Вы подали мне мысль. Каковы ваши планы?

— Простите?

— Ваши планы, намерения? Я хочу сказать: куда вы направляетесь?

Этот вопрос меня удивил, но у меня не было причин умалчивать.

— В Сен-Мало.

— Сен-Мало?

— Да. Я вроде как путешествую.

— Сен-Мало — это идеально. И надолго вы думаете там остаться, могу ли я спросить?

— На пять-шесть дней. Мне надо вернуться в Англию в понедельник на той неделе.

— Превосходно. Я вижу, что мы можем заключить сделку.

— Сделку? Какую сделку?

— Но разве вы еще не поняли, мой дорогой? — продолжал он приятельским тоном.

(Понял ли я? Да, может быть, уже понял.)

— Бартер, — объяснил теперь уже почти благодушный Шере. — Нам надо поменяться машинами.

Я хихикнул:

— Вы же не серьезно?

— Совершенно серьезно. — Шере мурлыкал, как мотор «роллса». — Это простейшее, изящнейшее решение нашего взаимного затруднения. Единственное решение. Вот… — Он протянул мне через поваленный ствол белую квадратную карточку. В бледном свете дрожащего огонька моей зажигалки я прочитал тисненые строчки:

JEAN-MARK CHERET

SPECIALISTE EN BEAU-ARTS

И в нижнем правом углу:

Villa Latarus

14 rue de Pavot

Saint-Malo 3612512

— Я, как вы видите, искусствовед. Я… как бы это выразиться?.. У меня есть клиенты, которым я даю советы. Которые платят мне за советы. И очень щедро, могу добавить. Одному из этих клиентов требуются мои услуги. По ту сторону Ла-Манша. Господин из Ливана, богатый и не скупой — сочетание, боюсь, встречающееся все более редко, — и обожающий самые чудесные, очень дорогие objets d'art. Я только что получил от него категорическое распоряжение по телефону в том тоне, какой «не терпит возражений». — Кавычки, без сомнения, были непреднамеренными, но тем не менее слышались ясно, настолько любовно Шере посмаковал иностранную идиому. — В Англии я пробуду два, ну, от силы три дня. Столько мне потребуется, чтобы дать совет моему клиенту, возобновить кое-какие контакты на Корк-стрит и вернуться в Сен-Мало. Обменявшись машинами, поймите, мы оба сможем развернуться, как вы выражаетесь, и завершить наши поездки, а через три дня встретиться в моем доме — адрес на моей визитной карточке у вас в руках — и снова ими обменяться. Никаких проблем, никаких хлопот. Сообщив надлежащим властям о случившемся, мы отправимся каждый своей дорогой. Что скажете?

Такой убедительный Шере! Убедительный до такой степени, будто он предлагал продать мне «роллс», а не одолжить. И тем не менее…

— С вашего позволения, нет.

— Но ради всего святого, почему?

— Не то чтобы я вам не доверял, поймите, но просто я предпочел бы не усложнять и без того неприятную ситуацию.

Шере нетерпеливо подставил дождю часы на запястье.

— Послушайте, Лантерн, время не ждет. Вы говорите, что не доверяете мне.

Быстрый переход