Но почему доктора Скофилда или кого-то другого, включая доктора Паркер и ее саму, так волнует вопрос о личности автора? В прошлом вполне успешно были поставлены под сомнение многие постулаты — и это происходило на ее глазах. Она сама не раз это делала. Таким образом, встает вопрос: откуда столь яростная реакция со стороны Скофилда и других? В чем причина упрямой уверенности в собственной правоте? Почему нельзя провести разумные и открытые дебаты?

Конечно, Мелисса знала ответы на эти вопросы. Их было два: религия и деньги. Шекспир стал религией для академиков и их последователей, а также для многих людей в Великобритании. А что же деньги? Тут она могла лишь строить догадки. Однако она чувствовала, что ее отец близок к ответу. Следуйте за деньгами. Скофилд должен это понимать. У него наверняка хватит здравого смысла и рациональности.

Ей предстояло сделать простой выбор: встречаться с ним или нет. И если да, то с какой целью?

Положив на стол пять фунтов, она приняла решение и встала. Был только один способ узнать, что произошло с Льюисом. Она должна сама задать вопросы. Подойдя к столику портье, она спросила, как пройти к мосту Вздохов.

«Какое название, — подумала она. — Скофилд полон иронии?»

— Выпустите меня скорее! — закричал Джейк, когда Диана остановила «ягуар» у входа в отель «Оксфорд». — Встретимся внутри.

— Нет, подождите… — возразила она, но он уже бежал к двери и не слышал ее.

Тихонько выругавшись, Диана свернула за угол и стала искать место для парковки.

В вестибюле Джейк сразу заметил надпись: «Доктор Ричард Скофилд. „Сонеты Шекспира, новый взгляд“. Автографы с 10.00 до 11.00».

Джейк посмотрел на часы: 11.05.

— Проклятье, — пробормотал он, расталкивая локтями редеющую толпу поклонников, прижимавших к груди только что подписанные сокровища.

Он поспешил к столику портье.

— Прошу меня простить, — вмешался он в разговор. — Где я могу найти доктора Скофилда?

Портье бросил на него раздраженный взгляд, а потом указал на стоявшую на столе табличку.

— Если вы посмотрите на расписание, сэр, то увидите, что ланч начнется в двенадцать тридцать. Затем, в два часа, он будет читать лекцию в кампусе, если вы уже успели зарегистрироваться.

— Не имеет значения. В каком номере он остановился? — нетерпеливо спросил Джейк.

Портье наградил его самым суровым взглядом, на который только был способен.

— Сэр, вы производите впечатление умного и немало путешествующего человека, а потому не можете не знать, что в уважаемых отелях, к которым наш, несомненно, относится, не дают подобную информацию.

Терпение Джейка кончилось. Он склонился над стойкой и схватил портье за галстук.

— А вы производите впечатление умного и немало путешествующего человека, чтобы кое о чем узнать. Моей дочери двадцать четыре года. Возможно, она находится в номере доктора Скофилда. Ей там совершенно нечего делать, и я намерен положить этому конец. Немедленно. Вы меня понимаете?

Глаза портье уже начали вылезать из орбит, он очень рассчитывал, что сейчас подоспеет помощь. Его надежды оказались тщетными — задыхаясь, он кивнул.

Когда Мелисса подошла к концу Брод-стрит и огляделась, у нее возникло ощущение, что она совершила ошибку. Скофилд уже не включил ее имя в книгу — и принял такое решение несколько месяцев назад. Так что болтовня о том, что она «почти соавтор» была полнейшим обманом. Как и обещание помочь напечатать ее собственную работу. Последние десять дней он старался остановить Мелиссу, помешать ей расследовать исчезновение Десмонда Льюиса.