— Пока Грифона нет, Пенаклесом правит Тоос, — продолжал Кейб. — Генерал отказался принять титул правителя, как его ни уговаривали. Мы с ним хотели бы отправиться на помощь Грифону, но кто тогда останется присматривать за местными смутьянами?

— Это мудро, Кейб. Ну а как ты живешь? Ты женился на Янтарной Леди?

При упоминании о Янтарной Леди обычно невозмутимый волшебник покраснел. Конь-Призрак обрадовался тому, что его товарищ так любит свою подругу-волшебницу.

— Да… она моя жена. Да. Мы… у нас двое детей.

— Как я рад это слышать! — взревел Темный Конь во весь голос. После стольких печальных событий, случившихся за последнее время, это была первая радостная новость, тем более что она касалась одного из немногих смертных, к кому он был привязан всем сердцем.

— Ты должен показать мне детей — конечно, если Янтарная Леди не будет против.

Кейб криво ухмыльнулся:

— Ей не нравится, когда ее так называют. Она предпочитает называться» леди Гвен» или «леди Бедлам». Гвен отдает много сил Мэнору и детям… впрочем, как и я.

Они вышли из леса на открытое место, где стояло удивительное сооружение, носящее имя Мэнор. Это было совершенное сочетание природного и человеческого творения. Трудно было понять, где кончается построенное человеческими руками и начинается огромное дерево, составляющее по меньшей мере половину первоначального здания. Некоторые стены были искусственного происхождения, другие целиком относились к дереву. Здание было в три этажа высотой, окна в нем выходили во все стороны. Все вокруг было тщательно ухожено и гармонировало с окружающей местностью. Были там и другие постройки, и хотя они получились не столь прекрасными, как древняя цитадель, строители позаботились о том, чтобы великолепие леса не затмило их работу.

Люди оторвались от своих занятий (люди и драконы, поправил себя Темный Конь, пытаясь примириться с идеей такого сотрудничества) и глазели на коня, идущего рядом с их господином. Они глядели с легким удивлением, а не со страхом, и это говорило о том, что его маскировка удалась.

Оба мальчика вдруг кинулись бежать в сторону Мэнора, может быть, чтобы предупредить о госте. Темный Конь гадал, какой прием ему окажет хозяйка этих мест.

Вероятно, весьма прохладный. Но уж лучше прохладный, чем открыто враждебный.

Несколько семейств людей и драконов жили здесь бок о бок и, похоже, не испытывали вражды друг к другу. Два конюха, человек и дракон, при виде Кейба прервали оживленный спор и залюбовались великолепным конем, рысившим рядом с их господином. Темный Конь тоже разглядывал их, восхищаясь сотрудничеством и дружбой между человеком и драконом. Даже в Ириллиане и Зуу, где люди и драконы жили рядом в течение столетий, их отношения были скорее ровными и уважительными, чем дружескими.

— Она была в саду, когда я пошел за Килом, — прошептал Кейб, кивая в ответ на приветствия людей и драконов. Смущенное лицо волшебника говорило Темному Коню, что его друга мучают те же сомнения в отношении леди Гвен. — Может, мы ее там застанем.

Темный Конь едва заметно кивнул. У него накопилось много вопросов, и он с нетерпением ждал, когда же сможет наконец поговорить с Бедламами. Как ни рад он был встрече со старым другом, но мысли о Сумраке не давали ему покоя.

Леди Гвен была в саду. Кил и Грат терпеливо ждали неподалеку от нее.