Бросался в глаза и наряд. Платье насыщенного фиолетового цвета с белой вставкой спереди обтягивало верхнюю часть тела, выгодно подчеркивая привлекательную фигуру. Вниз струились пышные юбки, придавая одеянию экстравагантность и броскость.

— Потому что ты проспала всю вторую половину вчерашнего дня и сегодняшнюю ночь, — пояснила женщина, поправляя ленты, перетягивающие пышные кружевные рукава чуть выше запястья.

— Вот как, — Мари крайне не понравился ответ. Что же такое сотворил с ней Грэм, что сумел вывести из строя на столько часов?! — Что это за город?

— Боюсь, что не вправе отвечать на данный вопрос, дитя. А спрашивать Ее Высочество настоятельно не рекомендую. Она в последнее время пребывает в не слишком благодушном расположении. А теперь, прошу, иди умываться. Принцесса, полагаю, скоро к нам присоединится. И ей не понравится, что ты не готова.

С водными процедурами Ситэрра покончила за считанные минуты. Во-первых, очень хотелось есть. Во-вторых, в глубине души жили остатки прежнего преклонения перед Вестой, посему навлекать гнев Ее Высочества показалось плохой идеей. Тем более, существовала большая вероятность, что они родственницы, а это тоже являлось весомым аргументом не обострять ситуацию.

Поборов искушение осмотреться в доме, Мари вприпрыжку сбежала по лестнице на первый этаж. Стол в просторной светлой гостиной был накрыт на двоих. Но угощений приготовили столько, словно вознамерились накормить быка. И овощи, и мясо, и несколько кусков пирогов с разной начинкой. Невольно сглатывая слюну, Ситэрра вопросительно посмотрела на хозяйку, уже устроившуюся за столом с газетой.

— Что за церемониал? — наигранно сердито приподняла зачерненные брови ру Фритт. — Садись живее. Я не знала твои вкусы, поэтому велела Иби приготовить несколько блюд.

— Спасибо, — попыталась Мари проявить вежливость, но рука уже потянулась за куриной ногой. Манеры оказались забыты. Зубы впились в белое сочное мясо, желудок блаженно заурчал. — Ишвините, — пробормотала Мари набитым ртом, когда поймала веселый взгляд Лиры.

— О! Что ты, дитя, — успокоила та, широко улыбаясь и откладывая газету. — Ешь, не стесняйся. Мой отец — он был хлебопеком — говорил, что хороший аппетит делает человека добрее. Полагаю, стихийника — тоже. Чего тебе положить, милая? — Фритт взяла тарелку гостьи и обвела глазами стол.

— Всего! — выпалила Мари впопыхах, подзадоренная одобрением хозяйки. Но тут же поспешила добавить. — Понемногу.

Лира понимающе хмыкнула и принялась наполнять тарелку снедью. Особенно не пожалела овощей, посчитав, что от пищи полегче толку получится больше. И не прогадала. Уже спустя пять минут Мари почувствовала, что желудок наполнился, но не слишком потяжелел. Зато на душе стало так тепло, что никакие грядущие Королевские интриги не страшили. В самом деле, разве задуманное Вестой могло быть хуже прошлогоднего погружения в сознание Яна?

Словно в ответ по дому разнесся знакомый звонкий голос.

— Лира, ты где?

— Бегу! — Фритт вскочила, подхватывая пышные фиолетовые юбки, но вернулась с полдороги к лестнице. — Даже не думай, — она выхватила из рук Мари газету, до которой предприимчивая стихийница успела дотянуться. — Сиди тут и не смей сдвигаться с места! Пусть я обычный человек, и не умею управлять погодой, но знатную порку несговорчивым девчонкам вполне способна обеспечить!

Мари осталось расстроено вдохнуть и попенять себе, чтобы не торопилась в другой раз. Не улови Лира неосторожного движения, глядишь, сейчас бы гостья изучала местные новости и была бы в курсе, куда учитель транспортировал ее отключившуюся персону.