– Мне незачем гордиться своим поведением, – проговорила девушка.

– Когда ты увидишь маркиза в следующий раз, то извинишься перед ним. И я абсолютно уверена, что Эндовер поймет тебя и примет твое извинение.

– Надеюсь, – Эмма смахнула слезы со щек. – Но я ни в чем не буду его винить, если маркиз посчитает меня неблагодарной дрянью.

– Я и представить себе не могу, чтобы его светлость так поступил. Он заставит Рэдберна сказать правду. Лорд Эндовер найдет Шарлотту, и я должна верить в него, – голос тети дрожал от волнения.

Эмма обвила тонкие плечи тети рукой, стыдясь того, что позволила себе заплакать. Сейчас не время для обвинений и жалости к самой себе. Сейчас она нужна тете Марджори. Тетя прислонилась к племяннице, словно все силы покинули ее.

– Только Эндовер может найти Шарлотту. Он очень способный человек. Он найдет ее. Я это знаю, – тетя долго молчала, затем откинулась назад и шмыгнула носом. – Но меня все еще удивляет то, что ты наконец стала доверять маркизу. Что же заставило тебя поменять мнение о нем?

– Он сам и его поступки. Я вот все думаю о том, что ему лучше было бы жить во времена рыцарей и турниров. Я представляю маркиза верхом на коне и в доспехах. И он едет на битву с ужасным драконом.

Эмма смотрела на угли, тлеющие в очаге.

– И, как я подозреваю, у дракона нет шансов на победу.

– Ты сожалеешь об этом, не так ли?

– Сожалею о чем? – Эмма посмотрела на тетю Марджори и заметила, что та наблюдает за ней с задумчивой улыбкой.

– Ты отлично знаешь, о чем я говорю, – Марджори нежно сжала руку девушки. – Ты сожалеешь о том, что отказала Эндоверу?

Сожаление возникало всякий раз, когда маркиз был рядом.

– Да, сожалею. Сожалею о том, что я не та женщина, которая подходит на роль его супруги. Сожалею о том, что хотела бы его изменить, но знаю, что не могу этого сделать. Сожалею о том, что не могу сделать маркиза счастливым. Я могла бы стать для него такой, какой он хочет меня видеть. Но я знаю, что мой характер все равно проявится. Я сожалею обо всем этом и о многом другом. Но я не сожалею о том, что отказалась от такой щедрости, как предложение выйти замуж. Маркиз сделал его лишь из-за чувства порядочности. Я не хотела бы сделать его несчастным. Никогда, – произнесла Эмма.

– Моя бедная девочка, – Марджори потрепала племянницу по щеке своей теплой рукой. Аромат лаванды окутал девушку. – Ты просто любишь его.

– Я все надеюсь, что это ужасное чувство пройдет. От любви чувствуешь себя ужасно, хочешь умереть, но когда она проходит, ты становишься сильнее, потому что ты выжил.

– А если ты не права, деточка? А если ты как раз и нужна маркизу?

Слова тети Марджори льстили сердцу Эммы. Надежда – страшная вещь. Она заставляет думать о том, что все возможно. Эмма встала и подошла к камину, так как ей неожиданно стало холодно. Солнце нырнуло за облака, унеся с собой тепло. Эмма держала руки над дымом, поднимавшимся от кучки угля в камине.

– Мы не можем провести друг с другом и десяти минут и при этом не поспорить. А Эндоверу спорить не нравится. Он обожает степенность. Маркиз поклоняется логике и практичности. Ему нужна размеренная и предсказуемая жизнь, без неожиданностей. Неужели ты думаешь, что я смогу его осчастливить?

– Маркиз так странно на тебя смотрит, когда ты стоишь рядом с ним. Этот горящий взгляд говорит о том, что женщина интересна мужчине. Ты ему нравишься.

– Плотская страсть. Вряд ли на ней построишь крепкую семью, – Эмма рассмеялась, но ее смех был горек.