«Предположительно» стало ключевым.

– Господин, другие книги на фларканском… насколько их много? – впервые заговорила я – до этого Моран вполне справлялся с задачей болтать за двоих.

Остановившись у дверей, ведущих из библиотеки на главную площадь, мужчина произнес:

– Несколько залов. Трудно сказать. Большая часть нашего собрания создана на древнем языке. Все остальное мало-мальски важное давно покинуло эти стены, а тех, кто способен прочитать книги Хранителей, осталось слишком мало, поэтому они до сих пор здесь.

Все равно что искать иголку в стоге сена…

Чтобы пересмотреть все залы, понадобится не один день.

Попрощавшись, мы вышли наружу. Спустились по ступенькам и отправились вверх по ближайшей улице. Вела я, выбирая путь и основываясь лишь на пустынности улиц, а Люций увязался следом.

Мы шли уже несколько минут, когда Моран, закинув руки на затылок и сплетя пальцы в замок, удовлетворенно протянул:

– Ну, по крайней мере, мы не ушли с пустыми руками. Будет с чем начать занятия.

– О чем ты? – едва повернув голову, спросила я.

Моран, опустив руки, невозмутимо вытащил из складок мантии книгу. Обтянутый истершейся коричневой кожей фолиант с лиловыми листами, что выглядели особенно яркими в солнечных лучах. Книга с рецептами вина из архива.

Я резко остановилась.

– Ты украл книгу, – охрипшим голосом произнесла я. С укором взглянула на Люция, потом на талмуд.

– Не украл, а одолжил.

– Надо ее вернуть, – упрямо сказала я, хватая дива за запястье и утягивая за собой.

– Сара, помнишь, что сказал смотритель? Ордена уже растащили большую часть. А я правда всего лишь одолжил. – Извернувшись в невероятном пируэте, Моран оказался впереди меня. И серьезно добавил: – Обещаю, верну. Нам нужно было то, что тебе интересно будет переводить. Когда отец обучал меня фларканскому, он поступил точно так же.

Я с укором покачала головой. Пробормотала, отпуская его руку:

– Обманщик. Думаешь, я не понимаю, что тебе тоже интересны эти рецепты?

Люций вздумал обмануть эмпата, что касался его кожи. Глупое занятие. И он прекрасно это знал.

– Ну, одно другому не мешает, – нашелся юноша с победной улыбкой. – А эта книжка довольно проста, в самый раз для начала обучения.

Я косо взглянула на него, в данный момент сомневаясь, что он вообще сможет меня чему-то научить.

Но чем больше я хмурилась, тем сильнее он усмехался.

Развернувшись, я пошла дальше, а спустя несколько секунд спросила:

– На какой книге стал обучать тебя отец?

– Мы начали с описания печатей. Их элементов.

– Это сложно. Сколько лет тебе было?

– Не помню точно. Семь или восемь, – пожал див плечами, заставляя меня приложить все усилия, чтобы скрыть удивление.

Мы отошли совсем недалеко от площади, когда послышался переливистый звук колокольчиков. Тонкое, неповторимое звучание, сливающееся в чудесную мелодию.

Многие аристократы венчали колокольчиками свои кареты, но звон всегда отличался в зависимости от качества изделия и выбранного металла. Эти же были из светлой стали, той самой, из которой изготавливали мечи даэвов.

Великая растрата – использовать столь благородный металл для подобных целей. Но высшая аристократия и королевская семья Исонии так не считали.

Экипаж достиг нас и не проехал дальше. Пара высоких вороных лошадей остановилась, отбивая копытами искры на брусчатке. Паладины в красно-золотой форме, с мечами из обычной серой стали окружали карету на таких же темных лошадях.

– Твои знакомые?

Я вздохнула, проигнорировав вопрос.

– Люций, пожалуйста, забудь про свои шуточки.

– А что, если нет?

– Я свяжу тебя и заткну рот, – холодно сообщила о своих возможных намерениях.