– А ты мне, – кивнул он. – И эти последние несколько недель… Без тебя они были бы… Ну, скажем, гораздо хуже… Я в неоплатном долгу перед тобой, Неврат.

Она отмахнулась:

– Не болтай глупостей, Скавр. Сенпат и я всегда рады помочь тебе чем можем.

Марк нахмурился: впервые за весь вечер она упомянула о своем муже. А безумные надежды уже начинали тлеть… Марк вспомнил анекдот, который слышал от Итзалина. Зная, что у Неврат хорошее чувство юмора, он рассказал его, причем гораздо лучше, чем чиновник.

– Забавная история, – засмеялась она. – Как там? «…Чтоб его взял Скотос»?

Марк повторил заключительную фразу анекдота, и Неврат снова засмеялась. Ее черные глаза сияли, улыбка была широкой и счастливой. Неврат – одна из тех редких женщин, которые становятся краше, когда оживляются, подумал Марк.

Светильник погас. Марк поднялся и, взяв бутылочку с маслом, заправил светильник. Ему пришлось пройти совсем близко от Неврат. Внезапно он протянул руку и коснулся ее вьющихся черных волос. На ощупь они оказались жестче, чем он предполагал.

Неврат тоже встала и посмотрела ему прямо в лицо. Марк шагнул вперед, желая обнять ее.

– Марк, – сказала она.

Она произнесла его имя так, словно держала в руках голову Горгоны. Марк застыл, будто превратился в каменную статую. Мгновение назад он был готов сжать Неврат в объятиях…

Неврат глядела на него с нежностью и острым состраданием, но на ее лице Марк не прочел ни следа того желания, которое сжигало сейчас его.

– Это ведь нехорошо? – тупо спросил он, заранее зная ответ.

– Прости, но это так.

Она хотела положить руку ему на плечо, но остановилась. Это было даже хуже слов.

– Я должен был знать заранее… – Он отвел взгляд в сторону, иначе не смог бы договорить до конца. – Ты всегда так тепло относилась ко мне, так сочувственно… Я надеялся… Я думал… Я разрешил себе поверить, что…

– Что за дружеским теплом скрывается нечто большее, – заключила она. Марк кивнул, все еще избегая ее взгляда. – Я видела, – сказала Неврат. – Я все видела. Я не знала, что делать. Но в конце концов решила просто поговорить. Я не хочу никого, кроме моего Сенпата. Правда, Марк.

– Вы оба такие счастливые, – сказал Марк. – Я думал об этом много раз.

Он пытался удержать дрожь в голосе, но это оказалось не легче, чем сражаться, получив смертельную рану.

– Я знаю, что мы счастливы, – отозвалась она тихо. – Поэтому я пришла к тебе сегодня, чтобы сказать то, что должна сказать. А не просто по‑дружески поболтать, как обычно. Эта смешная история о богаче, который хотел стать актером… – Она мимолетно улыбнулась. – Я просто хотела бы оставить все, как прежде. Но тогда, в таверне…

– Я все испортил.

– Нет! – В первый раз Неврат рассердилась. – Я не обвиняю тебя. Какое я имею право?.. Что удивительного в том, что ты пытался найти новое счастье? У тебя была любовь, но ты потерял ее. Нет дурного в том, чтобы искать ее вновь. Мне так жаль, что я причинила тебе боль. Особенно сейчас. Поверь, это последнее, чего бы я хотела…

– Неважно. Я сам во всем виноват.

– Важно. Может быть, мы все‑таки сможем остаться друзьями? – Она, должно быть, хорошо чувствовала его настроение, потому что быстро добавила: – Подумай, прежде чем сказать «нет». Кроме того, как мы объясним это Сенпату?

Трибун вдруг, словно со стороны, услышал свой голос. Кажется, он обещал не разрывать дружбу. К своему удивлению, он обнаружил, что верит в это.