Шум заставил их обернуться и посмотреть на газон. Каким-то чудом Бонем остался жив, несмотря на пулю в голове. Люди Ридленда суетились, готовясь унести его. Один из них побежал к экипажу, который подъехал к краю газона. После коротких переговоров через окно стекло захлопнулось, а дверца экипажа открылась и из него вышел Ридленд.

Минна отстранилась от Фина.

— Бонем сказал, что мама у него. Еще с Провиденса!

Фин тихо чертыхнулся.

— Конечно, у него. — Он взял ее за руку, повел.

— Конечно? — удивленно спросила она.

— А как еще он мог бы обеспечить, чтобы ты оставалась в Англии? — мрачно засмеялся Фин. — Пешки в шахматной игре.

Казалось, гневный взгляд Минны не смутил Ридленда. Он остановился в нескольких шагах от них и слегка поклонился, поздравляя.

— Отличная работа, — сказал он. — Я как раз спрашивал насчет медальона. Он у вас?

Минна шагнула вперед и влепила ему пощечину. Пощечина была сильная, но старик и глазом не моргнул.

— А, так вы это вычислили? — сказал он.

— Да, — резко ответила Минна. — Медальон у меня. Кто вам сказал, что мы готовы торговаться?

Ридленд потер щеку рукой.

— Конечно, вы заслуживаете благодарности. Я забрал вашу мать из Провиденса, и она была мне за это благодарна. Сомневаюсь, что она будет жаловаться.

Фин вздохнул. Он отпустил ее руку, схватил Ридленда за горло и пригвоздил к стенке экипажа.

— Хватит, — ровным голосом произнес он. — Где она?

— Будьте благоразумны, — прохрипел Ридленд. — Нам нужен был Бонем. Он интересовался вашей дамой. А если бы мисс Мастерс узнала, что ее мать в безопасности, разве осталась бы она здесь, чтобы выманить его? Вы убедили бы ее?

— Я вас уничтожу, — сказал Фин. — Осторожно, постепенно. Это будет очень забавно.

— Фин, — прошептала Минна. В экипаже был кто-то еще. Чьи-то руки сражались с задвижкой окна. И она подумала, несмотря на тьму внутри экипажа, что, возможно…

— Если с ней что-нибудь случится… — мрачно начал Фин, но Ридленд взволнованно прервал его:

— Я забрал ее от Коллинза, разве не так? Этот ублюдок теперь в земле. Она благодарила меня за это. Я вам ничего плохого не сделал.

Окно опустилось. В раме появилось такое знакомое лицо, светлые брови неодобрительно нахмурились, когда она увидела, что Фин начеку.

— Со мной все в порядке, — заявила Харриет Коллинз. — Хотя почему это вас волнует, понять не могу.

— Мама! — Минна закрыла рот руками. — Мама, выходи! — Она схватилась за ручку дверцы, пытаясь открыть ее, но ручка выскальзывала из ее потной ладони.

— Успокойся, Минна, — попросила ее мать. — Никому не нужны сцены на публике. Мистер Ридленд, не будете ли вы так добры?

Фин шагнул вперед и, дернув за ручку, распахнул дверцу. Минна попыталась забраться в экипаж, но было слишком высоко. Фин поднял ее и поставил внутрь, и тут она обняла свою мать. Мама упала на сиденье, громко протестуя, но Минна, невзирая на это, еще крепче сжимала ее.

Некоторое время мать утешала ее, неловко похлопывая по спине и бормоча утешения. Потом потеряла терпение.

— Ну хорошо, — сказала она, — хватит. Успокойся, Минна. Это что такое — слезы?

Минна отстранилась, задетая ее словами.

— Да, слезы! Я думала, ты умерла!

— Но мистер Ридленд обнаружил нас очень быстро.