– Во-во, – назидательно покачал головой Гвен, – а ты все: «Мало, мало!» Вот тебе и мало.

    Прием внутрь горячительного напитка оказал самое благотворное влияние на разгулявшийся аппетит путников. Все дружно набросились на еду, и через четверть часа на импровизированном столе не осталось ни крошки. Пока Гвен и Шмультик набивали брюхо хлебом с салом и колбасой, Мандрагор быстро расправился с куском сыра размером раза в три больше самого корня, чему откровенно подивился демон:

    – Ну ты и здоров жрать, кореш! Поделись секретом, как тебе удается запихнуть в себя столько? По всем законам природы, ты сейчас должен быть похож на надутую резиновую перчатку, а ты даже в объеме ничуть не прибавил…

    – А чего это ты мне в рот заглядываешь?! – возмутился изрядно окосевший от выпитого Мандрагор. – Сам-то сколько сала слопал? А бедному корню, выходит, теперь и червячка заморить нельзя!..

    – Не ерепенься, приятель, – демон обезоруживающе улыбнулся, – обидеть тебя я вовсе не помышлял – спросил так, для общего развития.

    – То-то же, – мгновенно успокоился магический корень и, погладив себя по «животу», заразительно зевнул. – Пожалуй, вздремну-ка я малость. Ежели надумаете идти дальше, толкнете, но не грубо, и разговаривайте, пожалуйста, потише! Понял, Гвен?

    – Может быть, нам по очереди отгонять от тебя веточкой мух? – ехидно поинтересовался юноша.

    – Было бы, конечно, неплохо, – приняв слова Гвена за чистую монету, слабеющим голосом ответил Мандрагор и тут же, закрыв глазки, принялся выводить носом затейливые рулады.

    – А ты вздремнуть не желаешь? – демон обратился к изрядно осоловевшему юноше. – Все-таки ночка у тебя выдалась весьма беспокойная. Давай-ка, братан, поспи малость, а я пока на шухере постою.

    – Не, Шмуль, не приучен я спать днем – башка после сна раскалывается: то ли таково особенное свойство моего организма, то ли старый колдун чары на меня наложил, чтобы поменьше отдыхал, а побольше работал. Представь, стоит мне средь бела дня прикрыть на минуту глаза, как такая катавасия начинается, аж волком вой, будто перед сном бочонок браги выпил. Пробовал опохмеляться – не помогает. Поэтому я уж лучше до темноты потерплю, а ты, если хочешь, можешь вздремнуть часик-другой, все равно трогаться раньше не имеет смысла – сомлеем от жары.

    – Премного благодарен за предложение, но мы, демоны, в отличие от людей и прочих разумных гуманоидов, в отдыхе практически не нуждаемся, поскольку обмен веществ внутри наших организмов имеет совершенно иную природу. Впрочем, не стану засорять твои мозги терминами, до которых ваша цивилизация дорастет лет эдак через пятьсот-шестьсот, а может быть, и значительно позже.

    – Отлично, – встрепенулся Гвен, – поскольку тебе спать не хочется, а мне противопоказано, валяй, рассказывай о своих похождениях, страсть как люблю слушать увлекательные байки.

    Подложив под головы ладони, путники прилегли на мягкую травку, и Шмультик начал свой невеселый рассказ:

    – Да будет тебе известно, Гвен, родился я сто семь лет назад, если считать по времени этого мира, в реальности, которую вы, люди, по причине своей ограниченности и врожденной ксенофобии, именуете Преисподней, Адом, Геенной Огненной и иными неблагозвучными словечками. На самом деле мой мир называется Инферно, или Инферналиум, и живут в нем такие же разумные создания, как и в любом другом.