Он снова напомнил себе, что добился больших успехов с футболистами и, может быть, скоро попадет к ним в команду. А еще – может быть, может быть – этой ночью футболисты сделают что-то такое, что навеки избавит от Джонни Кинросса и школу, и Шада. Когда-нибудь потом Мэгги еще скажет ему спасибо. Кстати, с тех самых пор, как он рассказал старшеклассникам про призрака, они ни разу не вспомнили о Мэгги и ее странностях. Ему не хотелось, чтобы кто-то причинял ей страдания, пусть даже сейчас он так на нее злился, что не хотел иметь с ней никаких дел. Если парни решат, что она ведьма, то будут не слишком далеки от истины. Потому что она и правда якшается с призраком.

– Так где мы все устроим, а, Дерек? – Девчонка Тревора, Таша, нервно хихикнула и вцепилась Тревору в руку. Сам он остановился и, ожидая ответа, уставился на лидера их маленькой группы.

– В вестибюле. Ведь это как раз там и случилось? Ну, то есть мне кажется, лучше всего вызывать духов в том самом месте, где они умерли. – Дерек облапил Дару и загоготал так оглушительно, что все девчонки и даже пара футболистов поежились от испуга.

– Хватит, Дерек! – Даре все это явно не нравилось. Она еще не забыла, каково ей было оказаться запертой в танцевальном зале, в кромешной тьме, без возможности выбраться, и слушать зловещие послания, эхом отскакивавшие от стен. Она сама не понимала, почему решила сегодня прийти сюда. Но Дерек вечно скрытничал и хитрил. Она не удивится, если он и сегодня задумал нечто такое страшное, что все просто с ума сойдут.

Полукруглая передняя стена вестибюля была почти полностью застеклена. Шад, по-прежнему ковылявший в конце процессии, проговорил:

– Послушай, мужик, в вестибюле лучше ничего не устраивать. Если кто-то поедет мимо школы и заметит свет от свечей, нас живо отсюда выкурят.

– Хм-м, неплохо, Шадрах, очень неплохо. – Дерек задумчиво потер подбородок. Зеленая табличка со словом «Выход», горевшая у подножия лестницы, что вела на третий этаж, отсвечивала у него на лице, и от этого оно казалось по-настоящему жутким. – А кстати, Шад… что ты тут вообще забыл? У нас вечеринка только для взрослых. Детишкам здесь будет ой как страшно, понимаешь? Ну-ка, парни, давайте закроем малыша в детской комнате!

Прежде чем Шад успел хоть что-то сообразить, трое парней обступили его, подхватили за руки и за ноги и подняли, словно собирались воспользоваться им как тараном.

– Э-э… что это значит? Какого черта, парни?.. Стойте!.. Это ведь я вас сюда провел! Вы не можете так со мной поступить! – вопил Шад, отбиваясь и выгибаясь, пытаясь высвободиться из крепко державших его трех пар сильных рук.

Парни быстро взбежали вверх по лестнице и зашагали по коридору, не выпуская Шада.

– Так где тут у нас детская? – ликующе проорал Дерек. – Ой, вот же она!

Вдоль двух коридоров на третьем этаже тянулись шкафчики выпускного класса. Один из футболистов, не державших Шада за руки и ноги, врезал тяжелым кулаком в самый центр дверцы одного шкафчика, и тот сразу отворился.

– Это всегда работает! – обрадовался детина.

Шад запищал от ужаса и принялся умолять головорезов:

– Вы не можете меня там запереть! Там темно! Я задохнусь! Я с ума сойду! А если мне в туалет приспичит? – Он отчаянно вырывался. Но никому не было никакого дела до его причитаний.

– Вот и кроватка, крошка Шад! Спокойной ночи, сладких снов! – И Тревор решительно впихнул тело Шада в узкое, длинное отверстие.

В это же мгновение кто-то еще согнул Шаду ноги и затолкал их туда же. Шаду показалось было, что он сумеет помешать им захлопнуть дверцу, и он завозился, пытаясь высвободиться. Это ему почти удалось, но в последний миг Дерек со всей силы врезал ему в живот, и Шад согнулся, ухватившись за ребра и пытаясь вдохнуть.