– Что именно? – поинтересовался он с лукавой улыбкой. Я рассмеялась и покачала головой.

– Хочешь, чтобы я это описала? В красках?

– Конечно, всегда за.

Я усмехнулась и снова взглянула на грот, чтобы проверить натяжение. Все было идеально. Мы шли по воде быстрым уверенным галсом.

– Просто, может быть, нужно стараться получше, – продолжила я. – То есть, я могла бы следить за своим циклом и измерять температуру, чтобы мы точно знали, когда у меня овуляция.

– Ты хочешь заниматься сексом по графику? – спросил он без осуждения, скорее с любопытством. Я скорчила гримасу.

– Да, но я терпеть не могу, когда так говорят. Мне нравится наша с тобой спонтанность.

– Мы все еще можем быть спонтанными.

«Какое счастье, что он оказался открыт для такого разговора», – подумала я, но мне все равно было страшновато.

– Если честно, я сомневаюсь в этой идее, – объяснила я. – Я на днях читала о паре, которая никак не могла завести ребенка и подошла к этому слишком серьезно. Они занимались сексом в назначенное время и перестали получать удовольствие. Каждый раз, когда у нее начинались месячные, они страшно переживали. Потом попробовали ЭКО и открыли еще один ящик Пандоры. Их отношения изменились навсегда.

– У них получилось? – спросил Дин.

– Нет. Они продолжают пытаться и ходят к психотерапевту, чтобы наладить отношения.

– К психотерапевту…

Помолчав, он поднялся со скамейки, обнял меня за талию, уткнулся носом в изгиб моей шеи.

– Не беспокойся о нас. Мы только начали. Ну а если хочешь устроить все как в больнице, измерять температуру, я куплю себе лабораторный халат. И, если ты будешь хорошо себя вести, я буду носить его даже в спальне.

Я рассмеялась и повернулась к нему, чтобы поцеловать, зная, что он удержит штурвал. Мы страстно целовались, пока грот не начал трепетать на ветру.

– Я люблю тебя, – сказала я и вновь повернулась к штурвалу, прежде чем яхта встряла в запретной зоне.

– Я тоже люблю тебя, – ответил он и легко запрыгнул на носовую палубу, чтобы поправить стропы, пока я вела нас обратным курсом. – Кстати, когда у тебя овуляция? Хочу быть уверен, что проведу дома эту ночь.

Я улыбнулась.

– Между прочим, завтра.

Впечатленный моими организаторскими способностями, он посмотрел на часы.

– Если мы хотим поторопиться, мы можем внести в график сегодняшний вечер. Считается же с полуночи, да?

– Думаю, вполне.

– И мы убьем двух зайцев одним выстрелом.

– Это как?

– У нас будет предлог, чтобы пораньше сбежать с ужина у твоей мамы.

Я снова рассмеялась.

– Ты ужасен.

– Виновен по всем пунктам. – Он сел, закинул ноги на скамью и вновь подставил лицо солнцу. – Везите нас домой, капитан.

По палубе пронесся свежий ветерок, я подняла голову и посмотрела в ясное голубое небо. День был идеальным. Как же я любила эту жизнь!

Когда мы вернулись домой, на автоответчике мигала красная лампочка. Я сбросила туфли и нажала на кнопку, чтобы прослушать сообщение.

– Слышишь? – крикнула я Дину, который ушел в туалет. – Это Ричард. Он хочет, чтобы ты ему перезвонил.

Дин был пилотом частных самолетов, летавших в Майами и обратно, а Ричард – его начальником. Клиенты всегда были людьми богатыми, а порой и знаменитыми. Дин страстно обожал полеты и свою работу, не меньше, чем я обожала свою – по крайней мере, свое представление о ней. Три года назад я окончила киношколу, но до сих пор не сняла ни одного документального фильма. Я просто не могла найти подходящую тему, которая увлекла бы меня, и финансирование тоже было проблемой.