Она тайком посматривала на Оливера из-под ресниц. Прошедшие годы мало его изменили — сейчас он стал даже красивее, чем был в двадцать лет. В его облике появилась зрелость, отражаясь в линии скул, в очертаниях рта, который всегда казался ей очаровательным. Она до сих пор помнила их первый поцелуй…

Внезапно Джинни поняла, что выдала себя. Оливер тоже начал рассматривать ее с ленивой неспешностью. Его взгляд скользнул по ее нежному горлу и задержался на упругой груди. На губах появилась довольная улыбка.

Странные мурашки пробежали по ее телу. Шесть лет назад она была тощей, нескладной девчонкой, с почти плоской фигурой, и даже не посмела бы надеть подобное платье. От взгляда Оливера ее бросило в жар, но все же она заставила себя холодно улыбнуться.

Джереми налил ей вина, и Джинни взяла вилку, пытаясь сосредоточиться на еде. Но обычный здоровый аппетит ее покинул. После горячего — нежных ломтиков оленины под острым красным соусом — она поняла, что съела даже меньше Алины, которая обычно клевала, как птичка, стремясь сохранить свою изящную фигуру.

При всем желании Джинни не могла не поглядывать на тоненькую блондинку, склонившуюся к Оливеру, нашептывающую ему что-то личное…

Черт, опять эта горькая смесь злости, обиды и ревности. Когда же все это кончится? Больше шести лет прошло. В девятнадцатилетнем возрасте, неуверенная в себе, не уверенная в Оливере, Джинни оказалась легкой добычей для умной опытной женщины. Но теперь, повзрослев и став мудрее, она могла бы сыграть на равных.

Поданный кофе и портвейн стали сигналом приближения кульминационного момента вечеринки. Волна восхищенного шепота пробежала по залу, когда гости раскрыли свои программки.

— Дорогая, какая потрясающая идея! — Престарелая мисс Простофиля с маской в виде страшного лохматого паука остановилась у их столика. — Я так взволнована… даже не знаю, за кого торговаться!

— Торгуйтесь за всех сразу, леди Лулворт, — с улыбкой предложила Джинни. — Чем больше людей примут участие, тем выше поднимутся цены.

— Ах… да, конечно! Тогда я буду торговаться за всех. Ведь это благое дело, правда?

Джинни с сияющими глазами повернулась к своим соседям.

— Она понятия не имеет, для чего все это делается.

Все рассмеялись, а Питер нахмурился.

— Я и вправду не уверен, что это хорошая затея, — пробормотал он, склонившись к Джинни. — Тем более, для тебя.

— Ой, не нуди! — огрызнулась она. — Это всего лишь шутка.

— Да мне, собственно, наплевать, — буркнул Питер.

— Тсс! — шикнула Сара. — Торги уже начинаются.

Осуществление своей тайной задумки потребовало от Джинни чудовищных усилий и бездны обаяния. Ей удалось уговорить десяток своих друзей и знакомых потратить не только свои деньги, но и личное время. Каждый из них станет «рабом дня» для человека, предложившего на торгах наивысшую цену.

Первым «рабом» была давняя подруга Джинни, увлекающаяся составлением букетов. Ее предложение украсить цветами дом своего «покупателя» вызвало всеобщий ажиотаж. Джинни сидела, судорожно сцепив пальцы: каждый вырученный пенни будет потрачен на благотворительность.

Ей крупно повезло, что вести аукцион согласился Корнелл Эллиот, популярный комедийный актер. Своими шутками и пародиями он доводил зрителей до истерики. Следующие три лота разошлись так же быстро, как и первый. Корнелл поддразнивал торгующихся, разжигая в них дух соревнования, и очень успешно взвинчивал цены.

— А теперь… о, нет! Этот лот будет пользоваться успехом… особенно у дам.