Loading...
Изменить размер шрифта - +
И качался на нем.

А еще я плевался. Это было так здорово – плеваться, когда раскачиваешься. После молока получался особенно густой плевок. Кому сказать – не поверят, как далеко летел плевок после молока.

В следующий раз, когда у меня будут деньги, я пойду в спортивный магазин и куплю пятьдесят метров спортивного каната для лазания, потом выберу дерево повыше, желательно у воды, и привяжу канат, чтобы на нем качаться, а может быть, буду прыгать с размаху в воду. А Лиза чтобы смотрела.

Я заранее радуюсь, как это будет здорово.

 

Но вот уже брат торопит меня: пора собираться, надо укладывать вещи.

Мы возвращаемся домой. Летим на самолете в Норвегию.

Мне предстоит вернуться и проверить на опыте, как все будет видеться в новой перспективе.

Заметив в моих руках доску-колотилку, брат признался, что пользовался ею несколько раз, когда меня не было дома.

Сделав это признание, он требует, чтобы и я признал, что поездка в Нью-Йорк пошла мне на пользу. Я признаю его правоту.

Она даже очень и очень пошла мне на пользу.

Я много чего увидел. И я в это время думал как бы не думая.

А в самые лучшие моменты испытал даже полную безмятежность, и мне было хорошо и бездумно.

А сеансы метания «летающей тарелки» вообще были вроде погружения в дзен-буддистскую медитацию.

Я благодарю брата. За это и за поездку в целом. Ему ведь она влетела в копеечку.

Брат говорит, что это пустяки: «Даже не думай об этом».

– Ты хорошо выглядишь, – говорит брат. – Это единственно важное. А деньги – это неважно. Деньги приходят и уходят. А вот братья – это важно.

«Братья – важнее денег», – говорит мой брат.

 

В ПОЛЕТЕ

 

Мы сидим в самолете.

Внизу под нами всюду море. Вода.

Я сижу сытый и сонный. И с улыбкой на лице.

Что-то такое изменилось.

 

Я по-прежнему не знаю, в чем состоит связь вещей и будет ли все в конце концов хорошо.

Но я поверил, что есть важные вещи.

Я верю в очищение души через игру и веселье.

Я верю и в любовь.

И у меня есть несколько хороших друзей и только один нехороший.

И мой брат тоже симпатичный и, уж точно, ничем не хуже меня.

Сейчас он спит.

 

На этот раз я сижу возле иллюминатора.

Сейчас за иллюминатором тьма, но скоро она просветлеет. Мы летим навстречу утру. Я отпиваю из стакана глоток воды и говорю себе, что жизнь, надо надеяться, продлится еще долго. Надеюсь также, что Поль ответил на мое письмо. Может быть, в своем ответе он все объяснил. Тогда мне можно будет расслабиться и оставить в покое мысли о Вселенной и времени.

Когда вернусь домой, то куплю себе велосипедный шлем.

И еще я позвоню Лизе и скажу ей, что, по-моему, жизнь немного напоминает путешествие и что, может быть (но именно только может быть), я – настоящий цельный человек.

Быстрый переход