– Я горжусь, – ответила Мати.

Взяв руку доктора, она попыталась переложить ее на плечо Ари.

– Он так ужасно искалечен. Я чувствую его боль? Неужели никто не поможет ему?

Ари погладил сестру по гриве и жестом заставил ее замолчать.

– Я уже привык к своему виду, младшая сестра. Пожалуйста, не плачь. Разве ты не слышала, что сказали врачи? Возможно, позже, когда они изучат мои травмы, им удастся восстановить мою прежнюю внешность.

– Но ведь что-то можно сделать прямо сейчас, – настаивала девочка.

– Конечно, можно, – вмешался Беккер. – Нужно сломать неправильно сросшиеся кости и срастить их заново. Я думаю, это поможет.

Он посмотрел на врачей и вопросительно поднял брови. Акорна перевела его слова.

– Мы не используем таких процедур, капитан. Даже в терапевтических целях! Ранение любого живого существа – это акт насилия, который неприемлем для нашей расы.

Когда Акорна перевела Беккеру ответ врача, он пожал плечами и спросил.

– А они согласятся лечить его, если я возьму всю грязную работу на себя?

Акорна перевела вопрос и получила ответ.

– Они не возражают.

Девушка с тревогой посмотрела на капитана.

– Что вы задумали?

– Сначала мне нужно уточнить некоторые детали. Когда Ари лечил меня и Размазню, мы почти не чувствовали боли. Вы можете сделать то же самое? Я имею в виду мгновенное воздействие. Вы способны убрать боль в ту же секунду, как ему будет нанесено ранение?

Врачи неопределенно пожали плечами, но Акорна, которая уже не раз прибегала к целительным свойствами рога, кивнула.

– Да. И, возможно, мы сделаем это лучше, чем Ари, потому что при вашем исцелении он использовал мертвые рога.

– Ну, тогда я не вижу проблем, – сказал Беккер. – Нам лишь нужно сломать ему кости в тех местах, где они неправильно срослись. Затем вы срастите их заново. Конечно, Ари придется потерпеть. Это будет болезненная операция. Вам, докторам, не придется нарушать своих принципов, а у меня-то их, к счастью, нет.

– Я никогда прежде не встречалась с такими старыми переломами, – сказала Бидила. – И мне известно только несколько врачей, которые имели подобный опыт. На нашей планете, где каждый может вылечить любую рану, старых травм и переломов почти не бывает. И они не принимают таких запущенных форм, как у Ари.

– Все ясно, док. Ваши принципы не позволяют вам прибегать к этому методу. Вы считаете, что целитель не имеет права ломать кости. Но у меня подобных заморочек нет. Я всегда готов сломать несколько костей – особенно, по хорошему поводу.

Он похлопал Ари по плечу.

– Что скажешь, приятель? Ты не против, если я тебя немного покорежу? Твои кости срастутся правильно, и ты станешь нормальным парнем. У меня нет рога, но зато имеется отличный ломик. Он вполне сойдет за хирургический инструмент. Несколько точных ударов, и все. Ребята обещают, что боли почти не будет.

Ари посмотрел на докторов. Все, кроме Бидилы, отступили на шаг.

– Я согласен принять боль от руки друга, – ответил он. – Переломы меня не страшат. Кхлеви приучили меня терпеть жуткие пытки. Они были творцами мук и гурманами страданий. Йо, я знаю, что ты и мои сородичи будете делить боль со мной. Это поможет мне переносить ее.

Капитан кивнул и повернулся к Акорне.

– Леди, мне кажется, что этой пожилой даме и девочке лучше уйти.

Мати не стала дожидаться перевода его слов.