– Машина записана на ваше имя? – уточнил Карл и назвал номер.

– Я платила за нее из своего жалованья, но получилось так, что она записана на моего отчима, мистера Эда Хагенлокера.

– Думаю, произошло недоразумение, – заявил Карл Уэбстер. – Мистер Хагенлокер заявил, что машину угнали. Он подал заявление в округе Секвойя. Как зовут вашего друга, который взял машину?

Лули помялась, потом ответила: Джо Янг.

– Когда Джо вернется?

– Попозже. Разве что засидится с дружками и напьется.

– Мне бы хотелось потолковать с ним. – Карл Уэбстер задумался. Потом достал из кармана свою карточку и протянул Лули. На карточке красовались звезда и выпуклые буквы. – Попросите Джо зайти ко мне попозже или завтра, если сегодня он не вернется домой. Вы просто катаетесь?

– Наслаждаемся видами.

Всякий раз, ловя на себе ее взгляд, он начинал улыбаться. Карл Уэбстер! Она провела пальцем по выпуклым буквам его имени. Ей понравилось, как он пожал ей руку и поблагодарил, как прикоснулся к шляпе. Какой вежливый федеральный маршал!

Джо Янг вернулся около девяти утра – с помятой физиономией, пересохшей глоткой и дурным вкусом во рту. Вошел в комнату, как следует приложился к бутылке виски, потом сделал еще один глоток, рыгнул, и ему стало легче.

– Не представляешь, что мы вчера творили с теми птичками, – похвалился он.

– Погоди. – Лули рассказала о визите маршала.

Джо Янг затрясся от страха.

– Я туда не вернусь, – повторял он и бегал по комнате. – Оттрубил десятку, и, Богом клянусь, я туда не вернусь! – Он подошел к окну, стал смотреть на улицу.

Лули было интересно, что Джо и его дружки творили с теми птичками, но она понимала: надо отсюда убираться. Она внушала Джо: пора рвать когти, и чем скорее, тем лучше.

Он так и не протрезвел, только трясся от страха.

– Когда за мной придут, – предупредил он, – начнется пальба. Я уведу с собой парочку легавых! – Джо Янг даже не подозревал, что почти дословно повторяет слова кинозлодея в исполнении Джимми Кегни.

– Да ты и украл-то всего семьдесят один доллар! – сказала Лули.

– Я еще много чего натворил в штате Оклахома, – признался Джо Янг. – Если меня возьмут живым, дадут от пятнашки до пожизненного. Клянусь, я туда не вернусь!

Что же происходит? Все ищут Чарли Флойда, а придурок, с которым ее свел случай, собирается отстреливаться от представителей закона. И главное, она торчит тут вместе с ним!

– Я им не нужна, – подумав, сказала Лули. Она понимала: сейчас Джо в таком состоянии, что говорить с ним бесполезно. Ей надо выбираться отсюда: открыть дверь и бежать. Она взяла с комода вязаную сумочку, направилась к двери, но тут кто-то включил громкоговоритель.

Металлический голос приказал:

– Джо Янг, выходи! Руки вверх!

Джо Янг услышал полицейский громкоговоритель, схватил лежащий перед ним кольт и открыл огонь по застекленной двери. Он был пьян. Снаружи открыли ответную стрельбу. Пули разбили окно, разнесли дверь. Лули упала на пол, прижимая к себе сумочку, и услышала, как металлический голос приказал:

– Прекратить огонь!

Лули подняла голову. Джо Янг стоял у кровати, и в каждой руке у него было по пушке – кольт и револьвер 38-го калибра.

– Джо, – крикнула она, – тебе придется сдаться. Если продолжишь стрелять, они убьют нас обоих!

Он снова напомнил ей Джимми Кегни в том фильме, где тот изображал сумасшедшего и швырнул девушке в лицо грейпфрут.