Я усмехнулся. Катя — истинная аристократка до мозга костей. Даже в простом черном платье, без фамильных драгоценностей, она излучала тот особый род уверенности, который приходит только с голубой кровью и безупречным воспитанием.

— Эй, ребят, зацените, что я теперь могу, — Костя, как всегда неугомонный, оглянулся по сторонам, убедился, что на нас никто не смотрит, и положил руку на стол.

— Только без публичных демонстраций. — предупредил я.

— Я аккуратно, — подмигнул Костя и легонько постучал пальцами по столешнице.

Указательный палец его правой руки внезапно удлинился, кожа сероватого оттенка покрылась мелкими трещинками, а ноготь превратился в острый коготь цвета воронёной стали.

— Теперь могу трансформировать отдельные части тела, — с нескрываемой гордостью пояснил он. — И полностью сохраняю контроль.

— Впечатляет, — я действительно был удивлен. — А зубы можешь?

Костя ухмыльнулся, и его передние зубы на мгновение превратились в устрашающие клыки, только чтобы через секунду снова стать обычными.

Катя с отвращением отвернулась.

— Мерзость, — прошипела она. — И почему я должна смотреть на это… во время приема пищи?

— Потому что это прекрасно! — Костя вернул руке человеческий вид.

— Вурдалаки — не искусство, а искажение природы, — Катя аккуратно промокнула губы салфеткой. — Это противоестественно.

— Ой, да хватит, — Костя закатил глаза. — Я прекрасен в любой форме.

— Прекратите, — вмешался я, видя, что спор набирает обороты. — У нас есть проблемы посерьезнее ваших эстетических разногласий.

Оба моментально замолчали и повернулись ко мне. Я понизил голос, склонившись ближе:

— За мной ведут охоту. Нам нужно обезопасить дом. Гвардию следует перенаправить в соседний регион. Сказать, что это коллективный отпуск или учения — неважно. А бабулю с дядей спрятать в подвале. Пусть там отсиживаются, пока я не разберусь с этим.

Катя нахмурилась, отставляя бокал с шампанским.

— Гвардию отсылать? Если есть угроза, она должна защищать семью. Это их прямая обязанность.

— Нет, — я покачал головой. — Против того, с чем мы имеем дело, гвардия будет просто мясом. Множеством жертв. Нет смысла подставлять людей под удар, когда они не могут эффективно противостоять угрозе.

— Ну тебе знать лучше, — Катя скрестила руки на груди. — Ты же не говоришь, кто именно тебе угрожает.

Я бросил взгляд через ее плечо на дальний угол зала, где элегантная пара из российской делегации чуть слишком внимательно смотрела в нашу сторону.

— Чемпионат привлекает разных людей, Кать. Тут участники со всех концов света, и для некоторых победа — вопрос жизни и смерти, в буквальном смысле. Только некромантку на репетиции вспомни. Они могут давить на меня, угрожая моим близким. А я не хочу, чтобы семья или наши люди пострадали.

Катя молчала несколько секунд, изучая мое лицо.

— Хорошо, — наконец кивнула она. — Отправлю гвардию на «тренировочные учения». Но учти, если ситуация выйдет из-под контроля, я верну их немедленно. И не вздумай геройствовать.

— Само собой, — я улыбнулся, зная, что если дело действительно дойдет до столкновения с Мещерским, даже полный состав родовой гвардии не сможет ничем помочь. Это была битва совсем другого уровня.

Наш разговор прервал Ефим.

— Екатерина, — произнес он, почтительно склоняя голову перед моей сестрой. — Прошу прощения за вторжение, но профессор Мальцева собирает всех командиров звездных отрядов.