Библиотеки в городе не имелось, и он отправился в церковь, расположенную чуть дальше по улице. Но ни одной молодой женщины не было видно ни в святых стенах, ни на дорожках среди могил. О городских садах просто смешно было говорить, никто не приезжал в Ньюмаркет восхищаться цветочными бордюрами. В «Чайных комнатах миссис Добсон», как и всегда, оживленно толпились посетительницы, но элегантная темноволосая вдова не украшала собой ни один из столиков.

Вернувшись на тротуар, Гэрри остановился и посмотрел на другую сторону улицы. Где же Люсинда, черт побери?

Краем глаза он увидел знакомое голубое платье и повернул голову. Как раз вовремя, чтобы заметить темноволосую женщину, входившую в двери «Зеленого гуся» в сопровождении взъерошенного парня.

Войдя в гостиницу, Люсинда была вынуждена сразу остановиться. В помещении царил сумрак. В нос ударил затхлый запах. Когда ее глаза наконец приспособились к темноте, она обнаружила, что стоит в вестибюле. Слева находился вход в бар, две двери справа, очевидно, вели в гостиные, впереди виднелся прилавок, вероятно представлявший собой продолжение стойки бара. На прилавке лежал потускневший, исцарапанный колокольчик.

Преодолев брезгливость, Люсинда прошла вперед и минут двадцать перед тем, как зайти в гостиницу, осматривала здание снаружи, отметив и грязную, облупившуюся во многих местах побелку, и беспорядок во дворе, и потрепанный вид двух постояльцев. Протянув руку в перчатке, Люсинда взяла колокольчик и повелительно позвонила. Вернее, собиралась позвонить. Ибо колокольчик лишь глухо лязгнул. Перевернув его, Люсинда обнаружила, что язык сломан. Раздраженно скривившись, она поставила колокольчик обратно и уже решила попросить оставшегося у двери Сима громко крикнуть и позвать хозяина, когда чья-то большая тень закрыла и то небольшое количество света, что проникало снаружи. Лишенные какого-либо выражения глаза вошедшего в комнату дородного смуглого и очень высокого мужчины с грубыми чертами лица утопали в складках жира.

— Что угодно?

Люсинда моргнула.

— Вы мистер Блаунт?

— Да.

Еще немного, и ей сделается дурно.

— Вы управляющий гостиницей?

— Нет.

Поскольку поток информации на этом иссяк, Люсинда продолжала, не теряя надежды докопаться до истины:

— Вы мистер Блаунт, но вы не управляющий гостиницей, где же мистер Блаунт, управляющий гостиницей?

Минуту-другую толстяк тупо смотрел на нее, будто с трудом переваривал ее вопрос.

— Вам нужен Джек, мой брат, — наконец изрек он.

Люсинда вздохнула с облегчением.

— Именно так, я хочу видеть мистера Блаунта, управляющего гостиницей.

— Зачем?

У Люсинды широко раскрылись глаза.

— А вот это, любезный, касается лишь вашего брата и меня.

Детина оценивающе оглядел ее, затем неуверенно хмыкнул.

— Ждите здесь, я позову его.

С этими словами он неуклюже заковылял в глубь дома.

Люсинда молила Бога, чтобы управляющий не был похож на своего брата. Увы, ее молитва осталась неуслышанной. Мужчина, сменивший первого, оказался не менее толст и высок, а главное — лишь чуточку сообразительнее.

— Мистер Джейк Блаунт, управляющий этой гостиницей? — обратилась к нему Люсинда.

— Да, — кивнул мужчина. Его маленькие глазки оглядели гостью с ног до головы, но не оскорбительно, а скорее утомленно-оценивающе. — Такие леди, как вы, не снимают здесь комнаты. Попробуйте обратиться в «Крепостную башню» или «Ратленд», это дальше по улице.

Он собрался уходить, оставив Люсинду в полном изумлении.

— Минуточку, любезный.