Его глаза внезапно блеснули от сознания того, что он наконец раззадорил девушку сказать то, что так его интересовало.

— Да, с моей подругой — Джессикой Тансфилд, — воскликнула Кларинда. — А теперь посмейте сказать мне, что я не должна бояться ехать в Лондон и встречаться с изысканными джентльменами вроде вас.

— Джессика Тансфилд! — повторил лорд Мельбурн. — Странно, но я, клянусь жизнью, не могу вспомнить, что раньше слышал это имя.

— Как вы можете так говорить? — воскликнула Кларинда. — Как вы можете произносить такую ложь, пробовать обмануть меня! Вы невыносимы, полностью и совершенно невыносимы, и именно поэтому я ненавижу вас.

С этими словами она повернулась и выбежала из комнаты, полная решимости не дать милорду увидеть слезы в ее глазах, слезы, вызванные одновременно яростью и слабостью.

Лорд Мельбурн, оставшись один, довольно долго повторял про себя это имя: «Джессика Тансфилд». Затем произнес вслух:

— Клянусь, что я никогда не слышал об этой женщине!

Кларинда некоторое время поплакала наверху в своей спальне, затем, решительно вытерев глаза, позвала Розу.

— О мисс, — воскликнула служанка, входя в комнату. — Его светлость уже сообщил вам, что мы прямо сегодня уезжаем в Лондон? Это самая потрясающая новость. Вы в восторге, мисс Кларинда?

— Нет, я не в восторге, — сердито ответила Кларинда. — Я хочу остаться здесь, Роза, в деревне.

— Но мисс Кларинда, вам будет печально и скучно в Пайори. Кажется, что с тех пор, пока мы не уедем отсюда, на этом месте будет лежать какая-то тень. После смерти господина и мистера Николаса меня, право, дрожь берет, ей богу. Я хочу посмотреть Лондон. А слуга его светлости обещал, что как-нибудь вечером он поводит меня по городу и все покажет.

— Ты уже уложила вещи? — спросила Кларинда.

— Собирать-то особенно нечего, мисс Кларинда, — честно ответила Роза. — Да и миссис Фостер, женщина, которая ухаживала за вами с тех пор, как вы тут, говорит, что не стоит брать с собой много вещей, так как бабушка его светлости все равно заставит вас купить все новое. Ее светлость уже в преклонном возрасте, но мне сказали, что она — яркая личность, и где бы ни появлялась, везде производит огромное впечатление.

— Я боюсь… я боюсь, Роза, — воскликнула Кларинда.

— Что вы, мисс Кларинда, вы ведь никогда ничего не опасались! Ведь сэр Родерик в свое время все повторял, что никто не сможет взять такой высокий барьер, как вы.

— Я смело встречаю то, что могу понять, — ответила Кларинда, — но вступить в новый мир, где все так непривычно, где я буду делать ошибки на каждом шагу!

— Нет, что вы, ничего такого не будет, тем более, рядом с вами будет ее светлость, — уверенно произнесла Роза. — К тому же здесь, в Мельбурне, все говорят, что вы — самая красивая молодая леди, которую им доводилось видеть. Какой смысл прятать вашу красоту в деревне, где ее увидит только свекольная ботва? Вы сможете сделать это, когда станете старой и некрасивой.

Внезапно Кларинда рассмеялась.

— Ты думаешь обо мне или о себе, Роза?

— Я думаю о нас обеих, если сказать по правде, мисс, — ответила Роза. — Я не так молода, как была раньше, и, может быть, это для меня последняя возможность куда-то отправиться и кого-то встретить. Да, вы знаете, что в том доме больше тридцати мужчин — слуг? Тридцати, мисс! Тут уж женщина действительно может выбирать!

Кларинда снова рассмеялась.

— Наверное, я веду себя глупо, Роза, — сказала она.