Быстро повернув турель пулемета, Паркер выдержал небольшую паузу и дал короткую очередь, отмечая полет картечи.

– Эй, что ты делаешь?! – завопил Мосс.

– А что не так?

– Подожди, не стреляй! Может, мы еще сможем уйти от них! – прокричал Мосс. После этого он выполнил традиционный вираж бегства и машина рухнула вниз, отчего у Паркера возникло ощущение, будто его желудок поднялся к горлу.

При этом он успел заметить, что непонятные метки не испугались его стрельбы, как это случалось с ящерицами, а напротив, ускорили свое приближение.

Мосс дал полный газ и двигатель самолета завыл на высоких оборотах. Однако фанерный аппарат не мог уйти от высокотехнологичных перехватчиков и Паркер, уже без помощи радара видел сверкавшие в солнечном свете плоскости этих хищников.

Вместе с тем, он не собирался сдаваться и снова открыл огонь по преследователям.

Практически все заряды попадали в цель и было видно, как рикошетит горячая картечь, отскакивая от прочных корпусов. Мосс что-то орал по радио, однако Паркер его не слышал, полностью поглощенный стрельбой.

Преследователи не долго терпели столь жаркую встречу.

Паркер увидел вспышки ответного огня и от корпуса аппарата полетели куски фанеры.

Не успел Джон по настоящему испугаться, как двигатель застучал, а потом замолк и стал слышен только свист ветра и приглушенные ругательства Мосса, который, видимо, уже смирился с тем, что с ними происходило.

54

Аппарат бросало из стороны в сторону, поскольку рулевые механизмы были повреждены. Мосс боролся с проблемой, как мог, стараясь выровнять машину, а Паркер ухитрялся делать короткие очереди, ориентируясь лишь на подсказки собственной интуиции.

Каким-то чудом Моссу, все же удалось заставить аппарат немного выровняться перед ударом о густые кроны деревьев.

Послышался треск ломающихся крыльев, щелкнули лопнувшие расчалки, а затем, облегченный корпус запрыгал с яруса на ярус.

Он, то купался в сорвавшемся с листьев водопаде, то скользил по веткам среди тучи каких-то мошек.

Напоследок, обрубок корпуса прорвал сеть из цветущих лиан и наконец, ударился о землю, да так, что страховочный ремень Паркера лопнул и он вылетел со своего места, приземлившись в торфяную лужу.

Вода смягчила удар и Джон лишь сильно закашлялся, а затем, сумев подняться, сплюнул на землю кровавую слюну и оглядел то, что осталось от летательного аппарата.

Теперь тот напоминал побитое на порогах каноэ. И выброшенное на берег.

С переднего сиденья этого «каноэ» вниз головой свисал Мосс и от падения его удерживал лишь страховочный ремень, который оказался прочнее, чем у Паркера.

– Ты жив, Мосс? – спросил Джон и осторожно дотронулся до головы напарника.

Тот в ответ открыл глаза и сказал:

– Жив. И буду почти в полном порядке, если мне удастся выбраться отсюда.

– Я тебе помогу! – сказал Паркер и упершись в плечи Мосса, попытался приподнять его, чтобы ослабить страховочный ремень и разомкнуть замок.

С третьей попытки у него это получилось и Мосс смог открыть защелку страховочного ремня, однако, в тот же момент он начал падать на Паркера и тот, как не старался, удержать Мосса не смог, поэтому они вместе свалились в ту же лужу.

– Ну, и какие у нас будут планы? – спросил Паркер, выбравшись из-под костлявого коллеги.

– У нас в планах бежать отсюда, как можно скорее, – сказал тот, поднимаясь и глядя на себя мокрого, жалкого и перемазанного грязью.

Паркер выглядел не лучше.

– А почему нам нужно бежать? – спросил он.

– Потому, что где-то поблизости уже наверняка высаживаются группы поиска, – сказал Мосс и огляделся.