Слова Силии оглушили Гранта. Он поднялся еще на одну ступеньку, чтобы посмотреть ей в глаза. Грант понял, что девушка волнуется и боится.

— Кто это сказал? Кто? — резко спросил он. Руки его неудержимо тянулись к Силии. Ему хотелось коснуться ее, заключить в объятия, удержать. — Кто сказал, что вам надо ехать к нему? Вы не поедете. Я не пущу…

Грант внезапно умолк, заметив ее безмерное удивление.

— Думаете, Уили позволит вам кануть в небытие после всего, что было? Или что сделки и безбожные союзы, заключенные Гертрудой, имеют какое-то значение после того, как вашими делами занялась моя мачеха? Боже, вы никому не доверяете! Почему, вы думаете, ваш отец настоял, чтобы вы покинули Гертруду?

— Рональд занимается моими делами и будет продолжать это делать, пока мы не поженимся, — смущенно проговорила Силия. — Я ему обязана… поклялась… ничего изменить нельзя.

— Значит, ваш отец совершил целый ряд глупостей. Сначала отдал вас Гертруде, а потом доверил ваши дела типу, которого вы почти не знаете. Да ведь этот человек буквально продал вас!

— О нет! — Силия оттолкнула Гранта, но он привлек ее к себе так близко, что она отчетливо ощутила его ярость.

— Да! Да! Вы сочинили сказку и в ней живете. Гертруда — злобная ведьма, но и ваш жених — отнюдь не добрый принц. А вот Уили — настоящая крестная мать.

— Не желаю этого слушать. Пусть будет что будет. Рональд женится на мне. А кто еще, кроме него, зная о моем происхождении, решится сделать мне предложение? Ответьте, сэр, кто?

«Я», — хотел сказать он.

Но готова ли Силия услышать это? Согласится ли принять предложение? Вместо этого Грант произнес:

— Да любой! Каждый из сотни ваших знакомых, с кем вы встречались в последние месяцы, упадет на колени и станет умолять выйти за него замуж.

— Любой, но не вы… — прошептала девушка.

Гранту хотелось придушить ее. Он не предполагал, что влюбится в эту девушку. Молодой человек прижал ее еще теснее к себе.

— Я ваш проклятый надсмотрщик. Ваш гувернер. Ишак. Ваша совесть. — Их губы соприкоснулись, и от поцелуя перехватило дыхание. — Ваш кузен… Вот уж чего я не хотел… — Он заключил ее в объятия. — Вот уж чего не хотел…

Губы Силии стали настойчивыми, очень настойчивыми и вместе с тем податливыми, тело словно таяло в его объятиях.

— Я… хочу…

Грант снова нашел ее рот. Он страстно желал Силию, его неудержимо тянуло к ней: он жаждал испить ее целиком, познать тайну затравленных зеленых глаз.

Силия раскрылась ему, будто цветок. Ее жар опалял Гранта и приглашал в необозримые глубины рта, где язык касался языка так, словно они вечно были любовниками.

Вечно! Он тонул в ее сочном, влажном аромате, мечтал наслаждаться им… всегда.

Грант знал: это безумие — желать ее, целовать, пытаться изменить судьбу этой девушки. Безумие! Он сошел с ума и не думал о последствиях и препятствиях.

А Уили?

Черт побери, Уили убьет его!

Эта мысль охладила Гранта как ушат холодной воды. Он медленно отстранился и оторвался от губ с такой неохотой, что Силия потянулась за ним и подняла голову.

— Нет, Силия.

— Но…

— Нет!

— Понимаю. — Девушка окаменела.

— Ничего ты не понимаешь! — Притворяясь равнодушным, он отступил в сторону. — Нам действительно пора возвращаться в Лондон. Постараемся успеть на одиннадцатичасовой поезд.