— Я такой непримечательный, что ты даже не помнишь?

— Дерись лучше в следующий раз, — посоветовала она услужливо.

— Чем дальше, тем всё меньше и меньше я понимаю, почему вообще о тебе забочусь, — в бешенстве огрызнулся Тагарт. — Возможно, у вас с вампиром с самого начала был сговор. Он присоединился к тебе на поле боя, и каждый раз, когда я вижу тебя, вы с ним рядом. Или ты смотришь на него. Он завёл с тобой любовную интрижку, чтобы ты угробила свою собственную команду? По оргазму за каждый наш проигрыш, или как?

Амазонка сжала руку в кулак и врезала ему так быстро, что дракон даже не успел защититься. Удары безжалостно сыпались на лицо оборотня, пока не послышался хруст сломанного носа. Тагарт взвыл от боли и возмущения. Он даже шагнул вперёд, как будто собираясь ответить ей таким же ударом. Но не сделал этого. Просто впился в неё взглядом. По лицу текла кровь.

— Сделай это ещё раз, и пожалеешь, — прорычал он.

— Драконы навлекли на себя гнев амазонок, когда связали одну из наших сестёр, — прошипела Делайла в ответ. «Лили! Бедная, милая Лили. Как у неё дела?» Делайла отбросила эти беспокойные мысли. Нужно было задвинуть всё лишнее на задворки сознания, или это окончательно выбьет её из колеи. — Единственная причина, по которой ты всё ещё жив, это то, что мы в одной команде. И сейчас, когда глупая игра богов начинается, мы пойдём и посмотрим, как долго ты протянешь!

Делайла отвернулась, равнодушно послав ему воздушный поцелуй и не обращая внимания, что ранки от укуса на шее оборотня уже затягивались, а сломанный нос встал на место.

Драконы и вампиры быстро излечивались. К несчастью, с амазонками дело обстояло иначе. К ранениям они были столь же восприимчивы, как и люди. Чтобы восстановиться после перелома кости могло потребоваться несколько недель, иногда месяцев. Одна из многих причин, по которым сёстры так усердно тренировались. Избегать ранений было жизненной необходимостью.

Не говоря больше ни слова, Делайла пошла в направлении пляжа. Снова раздался звук гонга. Что случилось бы, если бы она его проигнорировала? Ещё одна волна обрушилась бы ей в лицо? Вероятно. Амазонка ускорила шаг и через некоторое время миновала кентавра.

«Каким будет первое испытание? Бой на мечах? Рукопашная?» — гадала она.

Голая ветка хлестнула по щеке, и Делайла, вскинув руку, коснулась свежей ранки. Только в этот момент она поняла, что всё ещё не смогла унять внутренний трепет после поцелуя Лайела. Она всё ещё была возбуждена, всё ещё горела. Слова Тагарта совсем не успокоили, призывные звуки гонга также не привели её в чувства. И, Делайла могла бы поклясться Топором Крейи, даже испытанный недавно оргазм не удовлетворил её.

Хуже того, она знала, что если бы Лайел был сейчас рядом, и хотя бы невзначай намекнул, что не прочь повторить, она бросилась бы прямиком в его раскрытые объятия. Делайла всё бы отдала, лишь бы снова ощутить мощь его тела рядом с собой, лишь бы иметь возможность его касаться, лизать.

«Будь ты проклят, Тагарт, за то, что прервал нас!» — злилась какая-то часть внутри неё.

«Слава богам, что он нас прервал!» — радовалась другая.

Спать с врагом просто ради удовольствия — это было смешно. И абсолютно противоречило кодексу Амазонок. Сейчас ей, скорее всего, придётся встретиться с царём вампиров на поле боя. Снова. Девушка расправила плечи и призвала всю свою решимость, которая у неё была. Вампир был так зол, что, возможно, первым попробует ранить её.

И если до этого дойдёт, ей придется его заколоть.

Делайла раздвинула листву и вышла, наконец, на сверкающий песок. Завораживающее лунное сияние окутывало остров янтарной дымкой. Волны вели свой беспечный танец, бросая брызги воды на берег и упоённо откатываясь назад.