Удавалось до этих пор.

Она повернулась на стуле и посмотрела на девушку в зеркале, с аккуратной причёской и безупречной кожей, в красном шерстяном свитере и юбке до колен. Чем дольше Эллиот глядела на своё отражение, тем больше ей казалось, что это вовсе не она, а кто-то незнакомый.

Ощущение было настолько сильным, что, тряхнув головой, Эллиот почти что ожидала, что девушка в зеркале не пошевелится, а может быть, даже заговорит с ней.

— Я тебя не знаю. — Эллиот быстро отвернулась от зеркала, словно почувствовав на себе пристальный взгляд незнакомки. Она встала, положила винтовку на туалетный столик, отодвинув на край косметику и смахнув несколько флакончиков, и пошла за своей старой одеждой.

Как только Уилл и Честер вошли в дом и увидели у лестницы Эллиот, они сразу поняли — что-то случилось. Она не только принесла с собой винтовку, но и переоделась из женственного наряда в комбинезон и снова остригла волосы. Вернулась прежняя Эллиот, которая так часто выручала их под землёй.

— Оп-па! — сказал Уилл. — Это не к добру.

Честер хотел было спросить у неё, в чём дело, но девушка велела:

— Туда! — и показала на гостиную.

Оказалось, все уже собрались и расселись перед камином. Не хватало только Перри.

Уилл вопросительно посмотрел на Дрейка.

— Ждём отца, — пояснил тот.

Тут в гостиную влетел Перри и без промедления начал:

— Каждый звонок с телефона в кабинете фиксируется. — Он помахал зажатыми в кулаке распечатками. — Как легко догадаться, эта линия предназначена далеко не для секретных переговоров. Она для звонков по бытовым вопросам вроде заказа топлива для котельной. — Перри надел очки для чтения и уставился на первую страницу распечаток. — Вскоре после вашего приезда в журнале вызовов появился незнакомый номер. Сперва я не придал этому значения, но потом внимательно просмотрел весь журнал и обнаружил, что по этому же номеру были сделаны ещё два звонка, каждый длительностью около минуты. И я не имел к этому ни малейшего отношения.

— Но ведь до недавних пор никому из нас не разрешалось входить в кабинет, — сказала миссис Берроуз и повернулась к Дрейку: — Это точно не вы?

— Во время второго и третьего звонков меня даже не было в поместье, — ответил ренегат. — Объяснение может быть только одно: кто-то пробирался в кабинет и звонил тайком.

Все переглянулись.

— Но для чего кому бы то ни было из нас так поступать? И что это за номер? — спросила миссис Берроуз.

— Номер лондонский. Теперь он недоступен, — сказал Перри.

Дрейк встал с места:

— Боюсь, теперь я знаю, кто звонил из кабинета, но заранее прошу вас не винить этого человека. Он делал это не по своей воле.

— Ты сказал «он»? — воскликнул Уилл.

Дрейк кивнул.

— И звонки прекратились после того, как он прошёл чистку Данфорта.

Уилл, заподозрив, что речь может идти о нём, неловко переступил с ноги на ногу.

— Выходит, стигийцы внушили мне… или кому-то…

Дрейк жестом велел ему замолчать.

— Мы с Эллиот просмотрели все записи процедур. К сожалению, единственным полезным для нас было то, — он повернулся к Честеру, — что ты назвал несколько цифр из этого номера и кое-какие стигийские слова, которые Эллиот удалось перевести.

— Что?.. Нет! — вскрикнул Честер, бледнея. — Я?

— Да, ты. Скорее всего, стигийцы запрограммировали тебя выходить с ними на связь и сообщать о нашем местонахождении.