Мэгги так сильно дернулась во сне, что проснулась. Она лежала в своей постели, в полной тишине, жадно хватая ртом воздух, боясь открыть глаза. Сердце бешено колотилось. «Это всего лишь сон, — успокаивала она себя. — Всего лишь сон, всего лишь сон, всего лишь…»

Вдруг перед глазами встало видение из кошмарного сна. Розовый балдахин! Такой же, как над ее кроватью. Мэгги открыла глаза. Розовый балдахин. Ее кровать. Девушка из сна спала на ее кровати!

От этой мысли сердце Мэгги забилось еще чаще. Что это может означать? «Просто сказывается стресс после переезда, — убеждала она себя, зябко кутаясь в одеяло. — Я сплю на новой кровати, и поэтому она мне снится. Вот и все». И тут у нее мелькнула пугающая мысль, которая приходила в голову и раньше. Может быть, этот сон — предостережение? Может быть, ее подсознание предупреждает об опасности? Но о какой? О какой?

Мэгги закрыла глаза и, повернувшись на бок посмотрела в окно. И только тогда почувствовала чье-то незримое присутствие. Широко распахнутыми глазами она напряженно вглядывалась в темноту. Рот искривился в безмолвном крике. У кровати, окутанная тенью, стояла девушка и смотрела прямо на нее, прямо в лицо.

Задохнувшись от страха, Мэгги отпрянула назад, больно ударившись головой о резное изголовье. Спасения не было.

Девушка протянула к ней руку.

Глава 8

Мэгги открыла рот и закричала.

— Тише, тише, это я!.. — послышался в темноте возбужденный шепот.

Она умолкла, прикрывая рот рукой, грудь тяжело вздымалась. Девушка склонилась над ней, и Мэгги наконец-то разглядела ее лицо.

— Андреа!

— Все нормально? — Сестра смотрела встревоженно.

— Андреа! — тихо простонала Мэгги. — Я подумала, что ты девушка из моего сна, и уже решила… Что ты здесь делаешь?

Андреа стиснула ее руку:

— Мэгги, ты бредишь. Приди наконец в себя. Ты меня пугаешь.

— И… извини… — смущенно пробормотала сестра и тряхнула головой, словно пытаясь отогнать кошмарное видение.

— Ты стонала во сне, потом эти ужасные крики, — прошептала Андреа. — Я решила, что надо тебя разбудить.

Мэгги сглотнула. Во рту пересохло. Она закрыла лицо руками:

— Господи!

— Опять кошмары? — спросила Андреа, присаживаясь на край кровати.

— Да, — не отнимая рук от лица, пробормотала Мэгги. — Тот же сон. Только на этот раз…

— Что?

Мэгги закрыла глаза, вспоминая кошмарное видение.

— На этот раз девушку убили ножом! Это было так ужасно. Ее убивали, а я… я ничем не могла ей помочь.

— И кто ее убил?

— Не знаю, не разглядела.

— Как в фильме ужасов.

— Да…

Они помолчали. Было тихо, только что-то скрипело и потрескивало, как бывает в старых домах.

— Ты проснулась от моих криков? — спросила Мэгги прерывающимся голосом.

— Да нет, я не спала. Не могла заснуть. Спустилась вниз, захотелось пить… Кстати, знаешь, где дремал Гус?

— Рядом с креслом? Андреа кивнула.

— Глупый, старый пес, — с нежностью прошептала Мэгги.

Считалось, что Гус — собака Мэгги. Но на самом деле его хозяйкой была миссис Трэверс. Он всегда бегал за ней, спал на ее кровати, устроившись в ногах. Мама любила читать по вечерам в кресле-качалке, и Гус тоже облюбовал это место.

Где-то что-то щелкнуло. Мэгги подскочила на кровати, и Андреа вздрогнула от неожиданности.